Коллежский секретарь. Мучительница и душегубица

Но крестьян убивать богомолье не помешает. Дикая у нас еще страна, Елизавета Семеновна. Баре наши как древние рабовладельцы. Нигде в Европе таких порядков нет.

– А вот и не прав ты. При хорошем барине и крестьянам хорошо.

– То-то и оно, что при хорошем, – задумчиво произнес Соколов. – А ежели барин плохой? Тогда как? Люди не должны зависеть от произвола других людей. Но токмо от законов справедливых. Так думаю. Но как сделать сие? Вот этого не знаю. И плохо мне от того, что не знаю.

– Много думаешь о других, Степан Елисеевич…

***

Денщик доложил Соколову о приходе Иванцова.

– Проси! – приказал он. – Зачем этот доклад надобен?

– Так в домах чиновных заведено! – огрызнулся денщик. – А мы чем хуже?

– Не министр я чай и не начальник канцелярии!

– Но чин твой, барин выше его чина, и доклад потому надобен!

– Зови! И кофе для гостя сделай.

– Дак готовить долго, барин.

– Но для меня ты уже сделал?

– Точно так-с, барин.

– Вот мой и принеси чиновнику. С мороза кофе в самый раз!

– Как прикажете, барин.

Иванцов вошел, принеся с собой запах мороза. На его щеках играл румянец.

– Мое почтение Степан Елисеевич. Эх, и морозец то крепчает нынче. У меня новости по делу. Пора нам снова за дело браться. Враги успокоились и расслабились. Вот нам и стоит удар нанести.

Слуга принес Ивану Ивановичу чашку кофе.

– Что за новости? Князь приехал? – спросил Соколов.

– Нет пока. Но доподлинно известно, что его в столице приняли не слишком приветливо. Ничего он не добился.

– Начальник канцелярии приказал мне пока коней попридержать. Ты сильно-то не рвись вперед, Иван Иванович. Да и с какой стороны только браться за дело? Все бумаги у нас из под самого носа увели. Действительный статский советник Молчанов те документы и листы опросные до сих пор у себя держит. Поди забери, попробуй. Я только вчера обращался к Бергофу, и он сказал, что ничем мне помочь не может.

– А вот у меня кое-что есть! – Иванцов раскрыл свой портфель и подал Соколову желтую бумагу с гербом.

– Что это? – Соколов просмотрел лист и ахнул.

Это была жалоба врача Телегина! И он доносил до властей об обстоятельствах смерти крестьянки Аксиньи Григорьевой, что состояла в крепости у барыни Дарьи Салтыковой.

– Где ты взял этот листок, Иван Иванович?

– Отыскал в архивном ведомстве. Не все Вельяминов-Зернов забрал. Доносов на Салтыкову слишком много! И я подумал, ежели поискать, то найти можно! И вот нашел.