Стрелец государева полка: Посланец воеводы

При виде обоза, в глазах многих кайсаков засветились недобрые огоньки, но Рахман быстро успокоил свое воинство…

***

Али велел полякам пристраивать свои возы к его обозу и ни про что не волноваться. После этого он отъехал от них. Дворянин Ржев, который стал паном Станиславом Ромом, осмотрелся и подозвал к себе Федора Мятелева, ставшего паном Анжеем.

– Видал? – тихо спросил он. – Опасный человек этот Али.

– Осторожный. Скажи мы кому, что мы только что говорили с ним на хорошем русском языке, нас на смех поднимут, и скажут, что мы все выдумываем.

– На смех? На колья посадят! Если он сумел подчинить себе кайсацкую вольницу – то он великий человек. Ты рожи его всадников видал?

– Словно черти из преисподней. Чисто бесовские морды. Особенно вот тот высокий с сабельными шрамами на груди. Такой мать родную зарежет и даже не вздрогнет. У нас на Москве плачи и то не столь звероподобны. Ей-ей не вру.

– Кайсаки! Я про них слышал, – проговорил Ржев.

– Да и я слыхал. Мало кто жив остаётся после встречи с такими в степи.

– Но у них много пленных! Посмотри! Значит, не всех убивают? – спросил дворянин.

– Может и не всех, пан Станислав. Но это заслуга нашего Али.

Василий Ржев понял, что Али подчинил себе отряд кайсаков не просто так. Если его раскроют, то благодаря им, он сможет сбежать из Крыма. Это не татары и им на повеление хана и мурз начхать. Им все одно, чей Али агент: московского царя, польского короля, или султана в Стамбуле.

Дворянин внимательно посмотрел на пленниц, которые ехали на лошадях.

«И товар для гаремов везет, человек Пожарского. Интересно, а князь знает об этом прибытке Али, или нет?»

Его глаза в этот момент встретились с глазами молодой девушки с длинной черной косой и большими, словно озера, голубыми глазами.

– Смотри, какая девка, – прошептал Федор, который также её заметил.

– По наружности полька. Скажу больше, панна.

– А тебе откуда знать, дворянин? Али ты с польскими паннами уже встречался?

– Было дело.

– Или для стремянного стрельца, – произнес Мятелев.

– Ты, пан Анжей, на чужой каравай рта не разевай. Понял ли?

– А кто сказал, что каравай чужой? – весело спросил Федор.

– Мы в степи и здесь мы полностью во власти Али. А он, такого как ты, раскусит и не подавится.

– Да всяко бывает, дворянин.