Генрих

Главный из арабов снова подскочил к автомобилю: – У нас приказ – находиться возле него в пределах пяти метров! Сам шейх по телефону приказал!

– Парень у нас на заднем сидении, садись в минивэн спереди и держись ближе к моему заднему бамперу. – Глеб закрыл окно, и мы тронулись. За всё время, что мы стояли на обочине, мимо нас проехало множество машин, парочка – полицейских и штук десять – военных, но никто не останавливался и даже не глядел в нашу сторону. Судан.

– Мы как со службы пришли, на завод отправились.

Работали и учились. Как институт закончили, стали инженерами на родном предприятии. – Глеб непринуждённо трепался, чтобы разогнать скуку. – Ну, а потом влезли в борьбу за справедливость и зацепили интересы людей, за которыми стояли другие люди, представлявшие интересы третьих. Еле ноги из страны унесли! Вот там была мафия и криминал, а эта ваша биржа – так, подростковая банда. Поработали мы по планете несколько лет, всяких дел переделали и наворотили, были большие доходы, а бывало и своё теряли. И всегда что-то мешало вернуться, как сглазил кто-то…

– Чёрный Дух, полагаю. – усмехнулся Байрон, он же Гёте.

– Гёте, ткач тенет словесных, у тебя звучные, поэтичные образы, генетику не обманешь, а! – Борис подмигнул Байрону.

– Не буду присваивать, это не моё – местные наёмники считают, что вас укусил кто-то.

– Вот оно как! Глеб, признавайся, какой чёрный тебя кусал? – русские засмеялись.

Рядом с заправкой, стоял сарай с надписью «auvtoserrvist». Русские отцепили сломанный джип возле сарая и пошли пить кофе, в забегаловке тут же.

– Ник, ты этим телохранителям-референтам скажи – пусть сами за ремонт договариваются. Если вы всё ещё планируете успеть. – Борис посмотрел на разбредшихся наёмников, потом на меня – Ну и дисциплина у тебя, командир.

Арабы сидели за столиком на улице, с ними сидел и парень. Они уже заказали чай и фрукты. Времени у нас было достаточно – чуть меньше суток, но русский прав – лучше не растрачивать его попусту. А представители шейха, похоже, не понимали, что в команде нет прислуги.

– Через полчаса мы уезжаем. – я говорил с арабами, и они кивали мне с нервным пренебрежением: «-Знаем, знаем». – Вы тоже можете с нами, если машину почините.

– Ты чего творишь?! – их старший вскочил с глазами, налитыми яростью. – Вы сговорились с русскими! Если мы не поедем – мальчик остаётся с нами!

– Если мальчика доставят отцу, а тебя рядом не будет – это намного лучше, если ты потеряешь ребёнка или он погибнет.