Оберег

Яркое солнце, которого так не достает северному человеку, свежий морской воздух, прекрасное питание, основанное на морепродуктах, великолепные виды, все это вкупе делало свое дело. Производительность моего труда увеличилась втрое, а мои песни получили иное ранее неведомое мне дыхание.

Через полгода две песни стали хитами и принесли мне несколько десятков миллионов рублей. Сказалась, конечно, поддержка новых спонсоров, поскольку теперь все мои песни раскручивались по полной программе – на радио, телевидении, в газетах, журналах и Интернете.

Правда, один раз едва не случился скандал. Одна из молоденьких моих звездочек, подвыпив на радостях от сногсшибательного успеха, последовавшего после исполнения ею моей песни на телевидении, попыталась крутануть сладкие шашни с капитаном, однако Федрос остался непоколебим, чем еще больше внушил к себе мое уважение и завоевал еще больше доверия. Он успокоил ее даже не как отец, а как любящий дед, и ей стало стыдно.

Я любил наблюдать за ним, когда он отключал автоматику. Яхтой он управлял буквально одним мизинцем, в компьютерах разбирался так, словно сам их лично собирал, а в компьютерных программах, словно сам их разрабатывал. Еду готовил восхитительно, особенно хорошо ему удавался шашлык из барана, а одну певицу бальзаковского возраста, которой вдруг стало плохо, видимо, сказался тяжелый перелет из Красноярска, он привел в чувство парочкой уколов в ягодицу и вену.

Я чувствовал себя счастливым, или почти счастливым.

Случались дни отдыха, и тогда мы выходили на рыбалку не рыбы ради, хотя только что выловленная из моря зажаренная рыбка – это было нечто, а для отвлечения от забот, потому что из месяца в месяц нескончаемой чередой к нам на борт тянулись гости, и я как шахтер уголь выдавал за каждую такую смену несколько песен, а иногда и песенный альбом.

Очень скоро обо мне во весь голос заговорили музыкальные журналы, и раз в месяц обязательно приезжала какая-нибудь чрезвычайно общительная молодая журналистка, надеясь вытянуть из меня жареную новость или некий особый секрет, чтобы хоть как-то позабавить искушенную публику.