Крон

Уголовник по кличке Брюлик исчез, была пущена версия о отъезде в Штаты. Некоторые поверили, что убийства вообще не было.

– Докажи это!

– Уважаемые присутствующие, я прошу разрешения пошептаться с гражданином Папишвили. Обещаю, результаты нашей беседы станут достоянием гласности.

Крон для приличия подождал секунду, затем подошел к неистовому грузину, вращавшему от ненависти глазами. Тот сделал вид, что с негодованием отстраняется, но Болтик ухватил его сильной рукой за шею и притянул к себе.

Секунд двадцать Папишвили слушал шепот Крона, затем запальчиво прокричал:

– Нет там ничего!

– И не было? Не гони!

Крон укоризненно посмотрел на него и опять придвинул непримиримое ухо к своим губам.

Прошло еще две минуты. Папишвили вдруг стал сдуваться, на глазах старея и сутулясь. Дальше и дальше он слушал со все большей покорностью, лишь раз невнятно ругнувшись сквозь зубы. Даже костюмчик походил на днепропетровский пошив. Когда Крон закончил и вернулся на свое место, грузин так и сидел, сгорбившись и глядя в стол.

Затем он резко встал и стоял, переступая, на явно плохо держащих его ногах:

– Я вынужден сделать заявление, – негромко, но четко произнес Папишвили.– Я действительно участвовал в банде Маршала, я посылал бойцов, в том числе брата Резо на акции, при которых совершались убийства. Я попал в изолятор по пустяковому делу и воспользовался смертью брата, чтобы занять его место. Я хотел начать новую жизнь.

Камера совершила наезд, создав крупный план кающегося.

– Не вышло…

– Не забудь про Босого и Тапира, – мягко напомнил Крон, словно учитель на опросе у доски.

– Босого, то есть Кравчука я убил, чтобы не проболтался. Ко мне пришла информация, будто нашли ружье, участвовавшее в погроме в «Штурмане». Когда же я услышал, что чертов Крон занялся этой истории, Босой был обречен.

– Спасибо, Резо, – искренне ответил Болтик.– А Давид? Я беспокоюсь о нем.

– Тапира пальцем не тронул, только немного пожег его кабак, чтобы не распускал язык.

Крон сделал знак и два милиционера подошли к столу защиты.

– Не первый раз, уважаемые зрители, у нас из студии уходят под конвоем участники передачи, – растерянно объявил судья-ведущий. – Но такого оборота событий мы вряд ли припомним…

Резо Папишвили встал, демонстративно застегнул пиджак и над сержантским погоном взглянул в сторону Крона. Покачал головой и внятно произнес:

– Начинать надо было с тебя.