7 футов под Килем

Когда я непонимающе пожала плечами, Ник протянул руку и, пробормотав себе под нос: «у тебя тут…», осторожно смахнул крошки с моей верхней губы подушечкой большого пальца. Прикосновение было едва заметным, но меня окатило волной тепла. Щеки запылали.

– Спасибо, – смутилась я.

Отпрянуть или податься вперед, безмолвно прося о ласке?

Колокольчик над дверью оповестил о новом посетителе, и я вздохнула с облегчением. Мы с Ником оказались слишком близко друг к другу, а сама я бы не смогла отодвинуться.

– Сейчас вернусь, – неожиданно осипшим голосом сказал он, не отводя от меня взгляда.

Я кивнула, подперла подбородок ладонью и наблюдала, как Никлас наливает кофе для морщинистого старичка в синем двубортном пиджаке – а потом надевает защитные перчатки, чтобы без особых усилий вытащить из печи позади прилавка противень с порцией свежих багетов. Ник заполнял собой пространство, притягивал мой взгляд. Он сдул прядку со лба, и я непроизвольно улыбнулась. Захотелось зарыться пальцами в его волосы и узнать, мягкие ли они на ощупь, а потом провести ладонями по его шее до широких плеч.

Боже, о чем я думаю?

Я подлетела к прилавку и, не дожидаясь, пока расплатится старичок, спросила:

– Сколько с меня?

Ник повернулся и стянул большие рукавицы.

– Я тебя угощаю, – сказал он.

– Не нужно! Это не свидание!

Я торопливо вытащила помятые десять евро из кармана куртки и кинула на прилавок. Никлас помрачнел, но к деньгам не притронулся.

– Сдачу оставь себе на чай, – бросила я и выскочила на улицу.

Мне нужно было убраться как можно дальше от кофейни, от вкусных круассанов. И от Ника, рядом с которым мне вдруг стало хорошо.

– Луиза! – окликнул он меня.

Я ринулась прочь от него по вымощенной серым камнем мостовой.

– Да постой же!

Даже не запыхавшись, он обогнал меня и остановился напротив. На лице ни единой эмоции, в карих глазах холод, от которого у меня мурашки побежали по спине.

– Ты забыла шарф и шапку, – спокойно сказал Никлас и протянул мне мои вещи.

Глава 11

Лу

– Основная проблема всех литературных героев – это неумение объясниться, – сказала фрау Вайс.

Она стояла у доски и держала в руках раскрытый учебник. Я наблюдала за ней сквозь опущенные ресницы. Настроение у меня было отвратительное. Вместо того, чтобы наслаждаться морем на выходных, я только и делала, что пряталась от мамы у себя в каюте и обходила стороной свою любимую кофейню.