Новый путь

При этом ее голос становится мурлыкающим, что совсем не соответствует смыслу сказанного. – Они нам расскажут, к чему нас вообще готовили.

Это, кстати, очень логично, поэтому даже не думаю возражать. О мире мы знаем только то, что нас хотели убить, да еще так, чтобы было не ясно, кто и зачем. Вся остальная информация под очень большим вопросом. Остановив Светку, прохожу ко входному тамбуру, чтобы закрыть дверь механическим способом, после которого ее можно только взорвать. И то не факт, что получится.

– Правильно, – кивает мне Светка.

– Ну ты-то головой уже постучала, – напоминаю ей, за что получаю шутливый подзатыльник. – Хотя это тоже уже под вопросом, надо повязку снять.

Входим на кухню. Здесь все знакомо, кроме расположения ящика со специями. Вот этого я не заметил, когда готовил завтрак. Сейчас будет борщ, я по нему соскучился, хотя не так давно именно им отмечали очередную годовщину освобождения.

– Бесценный мой, – как-то очень задумчиво произносит любимая жена.

Глава третья

Светлана Фишер

Год – это то, о чем мы оба не подумали. Даты то Витька сверял по моменту закрытия убежища, а сами мы эти даты уже не помним, только день прощания с Землей. Но сразу мы не побежали – война войной, а обед по расписанию. Витька делает просто божественный борщ, поэтому решили сначала покушать.

– Все-таки здорово ты готовишь, – улыбаюсь я, пробуя великолепное блюдо. – Просто пальчики оближешь.

– Все для тебя, любовь моя, – возвращает мне улыбку муж. – Доедаем и смотрим?

– Да, – киваю я, погружаясь в блаженство вкуса борща.

Доев быстро ароматный борщ, делим обязанности. Витька идет смотреть год, а я – документы. Должны же у нас быть документы? Так я думаю, залезая в рюкзак знакомой конфигурации, почему-то украшенный синим крестом. Насколько я помню, крест должен быть красным. Из аппаратной протяжно свистит Витька. Значит, моя догадка правильная и у нас есть сюрпризы, которые точно не понравятся.

Я копаюсь в бумагах в поисках информации. Внезапно нахожу документы в клапане рюкзака. Странно, но это не бумажные носители, а скорее какой-то вид пластика, похожий на ощупь на мелованную бумагу. Это необычно само по себе, но настоящий шок – содержимое документов, означающее, что мы абсолютно ничего не знаем об окружающем мире.

– Витя! – кричу я во всю силу легких, из-за чего он буквально вылетает из аппаратной.