Золотое сияние Холинсу

На ее примере они собирались показать, как сладко живется тем, кто подчиняется.

Поэтому Юсту не заставили вернуться на узкие улицы человеческой общины. Сеншен подарил ее своему сыну, и она стала личной игрушкой наследника Саркара. Она часто появлялась в городе – и всегда под охраной. Пока другие люди работали, ей вообще ничего не приходилось делать, разве что сидеть у ног своего господина на общих праздниках. Юста выглядела ухоженной, здоровой и всем довольной. Она не жалела о цене, которую заплатила за такую роскошь, и не интересовалась, что стало с ее младшей сестрой.

А Риве только и оставалось, что вернуться в опустевший домик ее родителей. Она тогда была слишком мала, чтобы выжить самостоятельно, но сообщество людей уважало ее. К тому же, в ней видели надежду – наследие ее родителей, последнее, что осталось от стремления к свободе. Люди надеялись, что Риве было известно то же, что и ее отцу, хотя бы отчасти.

И в чем-то они были правы. Теперь Рива понимала, почему мама и папа уделяли такое внимание сказкам, которые рассказывали ей! Никакие это были не сказки.

Пообщавшись с другими людьми, она поняла, во что верит сообщество, о чем мечтает, на что уповает в самые черные часы.

Рива понятия не имела, сумеет ли она когда-нибудь сравниться со своими родителями. Но она честно пыталась. Она рано прекратила играть с другими детьми, после казни родителей никто уже не видел ее беззаботно бегающей по улицам и смеющейся. Она говорила со старшими людьми сообщества и узнавала у них то, что не успел рассказать ей отец.

Даже в своем юном возрасте она, пожалуй, стала главной хранительницей прошлого.

Поэтому ее уважали, к ней прислушивались. Поэтому ее позвали теперь.

Кого еще они могли позвать? Да, у сообщества был формальный лидер – его после казни отца назначили холини. Но того типа никто по-настоящему не уважал, к Риве прислушивались куда внимательней. Она была еще слишком мала, чтобы возглавить людей, да и вряд ли холини позволят это после того, что сделал ее отец.

Однако она собиралась сделать все, что в ее силах, для сохранения мира. Только так Рива могла сберечь честь семьи и искупить то, что сотворила ее сестра.

В этом сезоне предчувствие беды давно уже не отпускало ее. Охота была неудачной, всходы – скудными. Все знали, что городу придется туго. В Триинсте хранились запасы еды, но они предназначались в первую очередь для холини, остатки подбирали со стола таруа, а людям доставались лишь жалкие крошки.