Огненный король

Это временная победа, но все же! Вдруг Дана вспомнит ее, придумает, как ей помочь? Однако просить об этом она не рисковала: в памяти еще свежа была участь Оли.

– Светлана Костина, девятнадцать лет, – представила ее мадам Колинэ. – Сексуальных партнеров не было – большая удача! Девушка абсолютно чиста и, конечно, здорова. Она учится…

Но дальше ее уже не слушали. Весть о том, что на торгах девственница, вызвала в зале нездоровое оживление, от которого Свете стало тошно. Что, это и все, что в ней важно? Тогда можно не питать иллюзий относительно ее роли в жизни будущего мужа.

За нее торговались. Первую ставку сделали, как только мадам Колинэ закончила говорить, и дальше сумма только поднималась. По сути, торги за нее шли гораздо активней, чем за Ингу и других красавиц, только Свете это не льстило. Она поняла лишь одно: ее заберут сегодня. Ее судьба будет зависеть от одного человека… и ей хотелось, чтобы это был человек, а не очередной монстр!

Ее взгляд скользил по залу, стараясь найти хоть кого-то, кто ей понравится.

Сейчас это было проблематично: воздух искрился от азарта, глаза, устремленные на нее, видели приз, а не живое существо. Тут победа была двойной: получить престижную жену и обойти всех остальных. О том, что в браке есть чувства и любовь, в этом мире вряд ли слышали.

На фоне этой истерики одно спокойное лицо не могло не привлечь внимание. Когда Света заметила его, чувство было странное: словно сквозь ее тело невидимая вспышка прошла. Такое уже бывало раньше, когда она в институте засматривалась на симпатичного одногруппника.

Девушка и сама знала, что легко влюбляется…

Однако здесь было нечто большее. Сейчас она не скучала на очередной паре, она оказалась на переломном моменте своей жизни! И почувствовать притяжение к кому-то в таких условиях дорогого стоило. Она вдруг четко поняла: ей нужно, чтобы этот человек забрал ее отсюда.

Он был немногим старше ее – лет на пять, наверно, а то и меньше. Не такой высокий и атлетичный, как покупатель Даны, более тонкий и гибкий, однако ему это даже шло.

В полумраке зала его волосы казались черными, и каким-то чудом Свете удалось разглядеть необычный оттенок его глаз – светло-карий, чайный почти. Ей хотелось, чтобы эти глаза тоже смотрели на нее.

Но молодому человеку не было никакого дела до того, что происходило на сцене. Он в торгах не участвовал, да и не похоже, что ему нравилось находиться здесь. Он не отвечал на немые мольбы Светы хотя бы потому, что не видел их.