Ребро

Да и внешность у него была несколько нездешняя, благородная, из другой эпохи: худой, аристократично бледный, с тонкими чертами лица и тронутыми сединой темными волосами. Правда, полностью лицо я разглядеть не мог, он замотался кашемировым шарфом чуть ли не до самого своего орлиного носа, так что нельзя исключать, что этого патриция портили складки трех подбородков, но… в этом я сильно сомневался.

Батрак носил костюм из дорогой серой шерсти, золотые запонки и золотую же булавку для галстука… короче, понтовался и на себе не экономил.

Я же прибыл на встречу в джинсах и байке. Не потому, что не могу себе костюм позволить, а потому, что не собираюсь выряжаться для разговора с человеком, которому хочу в морду дать. При этом я не стал надевать на протез специальную силиконовую перчатку, и официантки уже успели рассмотреть, что я малость киборг.

Так что да, мы были примечательной парой.

Когда я пришел, Батраку уже подали кофе. При этом я не опоздал, следовательно, его пустили раньше, дверь ему специально открыли… Хотя не думаю, что юные официанты решились бы спорить с таким типом. Он не из тех, кто требует чего-то со скандалом. Он приказывает – и ему подчиняются. Ну и да, правы были те, кто говорил, что рядом с ним неуютно, а почему – непонятно. Вроде он должен быть симпатичен, все правила для этого соблюдены, и все же рядом с ним даже мне не по себе – сквозь любую агрессию и горечь.

– Здравствуйте, Николай, – кивнул мне он. – Благодарю, что пришли вовремя. У меня не так много времени.

Сливки и кофе ему принесли отдельно, так что теперь он не смотрел на меня, а совершал свой маленький ритуал. Выбирал осколки карамельного сахара, размешивал их в фарфоровой чашке так, что ложечка ни разу не коснулась ее боков, потом медленно, по кругу, вливал сливки, и они чертили на черно-коричневой поверхности кофе акварельный белый узор. У Батрака были длинные пальцы, тонкие и узловатые, пальцы пианиста или хирурга, но уж никак не того, кто потащится кататься на горных лыжах в такие холода.

Впрочем, я и не предполагал всерьез, что он там катался. Он там просто… жил, а потом исчезли люди.

– Как вы узнали, что я ищу вас? – холодно осведомился я.

Это все, что мне давалось в беседе с ним, – холод. Хотелось хамить, да не получалось, и дело тут не в моей вежливости.