Последний рыцарь

Создания, считавшиеся богами, были бессмертны, и на поле боя не оставалось времени на поиск силы, способной их уничтожить. Поэтому Огненный король просто запер их в мире мертвых – одном из первых прообразов того, что позже стало кластерными мирами.

Не говорила сказка и о том, что ученики не очень-то хотели отдавать свою силу обратно. Когда Огненный король погиб, они, конечно же, скорбели о нем и всегда почитали как своего наставника. Но в глубине души они сохранили и страх перед ним – страх того, что он однажды вернется и разрушит их привычную жизнь.

Этот страх они передали своим детям, те – новым поколениям, и с годами он укрепился в Великих Кланах, став частью их наследия.

Поэтому когда появился новый Огненный король, к нему отнеслись с настороженностью и даже враждебностью. Хиония и сама не готова была принять его и присягнуть ему на верность, хотя ей-то стоило сделать это раньше других. Она была прорицательницей, как и многие сильнейшие маги из клана Интегри, и она помнила старую сказку.

Но жизнь – не сказка, и отказаться от привычных устоев оказалось не так-то просто. Все семь кланов, потомки тех, кто принял энергию первого Огненного короля, сомневались, враждовали, выступали друг против друга, пока не стало слишком поздно. Появилась третья сила, распахнувшая клетку с чудовищами.

Те, кого раньше считали богами, вырвались наружу. Пока они затаились где-то среди бесконечных кластерных миров, чтобы восстановиться после многовекового заключения. Однако Хиония прекрасно знала, что долго затишье не продлится.

Очень скоро чудовища проявят себя, и кто-то должен будет стать у них на пути.

Их освобождение наконец-то сплотило Великие Кланы, заставило на время войны объединиться под властью Огненного короля, и в этом Хиония видела единственный шанс на спасение – не только магических семей, всего мира, как бы невероятно это ни звучало сейчас.

– Ты не опоздаешь? – спросил Роувен, заглядывая в ее комнату.

Хионии не нужно было смотреть на часы, она всегда знала точное время.

Это для других оно было лишь условными цифрами, Хиония чувствовала его, касалась его, дышала им. Время было ее стихией, и оно никогда еще ее не подводило.

– Успею, – отозвалась она.

Она не смотрела на Роувена, все ее внимание было сосредоточено на древних книгах, разложенных перед ней на столе. Хиония не могла взять их с собой, закон запрещал выносить такие ценные фолианты из главной резиденции клана Интегри.