Оборотень на все руки

Поэтому он решил начать издалека:

– Почему ты хочешь заниматься именно этим? Почему не хирургией?

– Не пойми меня неправильно, хирургию я тоже забрасывать не планирую. Вот только для этого мне не нужна собственная клиника. А эти лекарства… Я видел, насколько они эффективны. Многие из них предоставляют возможность уникального лечения, помогают там, где раньше не помогало ничего.

– То есть спасают людей, которые раньше считались безнадежными? В этом твой интерес?

– К чему ты клонишь? – нахмурился Эрик.

– Хочу знать, что в этом проекте лично для тебя… Ты не хочешь вылечить…

Тайлер понял его раньше, чем Марк успел договорить.

– Нет, она тут ни при чем.

– Ты об этом не думал?

– Я думал об этом достаточно. Независимо от того, чего я хочу или не хочу, состояние Евы неизлечимо. Сбой произошел во время развития плода, на самой ранней стадии… Она родилась такой. Нам всем остается только принять это.

* * *

«Я еще сделаю то, что хотел отец, – мысленно повторял себе Максим.

Подпись на документах он ставил спокойно и уверенно. Он понимал, что все эти фирмы – не просто источник дохода. Это то, что было смыслом жизни приемного отца. В этом свете даже часть отдавать тяжело. Но так надо. Тем более что Нина уже успела отсечь кусок империи – сообразив, что со столькими фирмами она одна не справится, она продала то, за чем не могла уследить.

Она не рассматривала бизнес как нечто сентиментальное. Просто получала власть и деньги из того, из чего могла.

– Чувствую себя неудачником, – вздохнул парень, когда юрист из головного офиса ненадолго покинул кабинет.

– Не стоит, – откликнулся Марк. – Я в твоем возрасте еще учился и если и озадачивался подработкой, то только мелочами. Надо пройти определенный путь, прежде чем управлять другими людьми. Побыть на их месте хоть немного. Хорошо, что ты это понимаешь.

Марк – он вообще неплохой.

Сейчас его помощь была особенно нужна. Не только из-за бардака, который учинила Нина. Даже когда последствия ее деятельности устранили, проблем меньше не стало.

– Что ты думаешь об этом убийстве? – тихо поинтересовался Максим.

Возможно, подчиненные не воспринимали его всерьез.