Хамелеоны

В какой-то момент за столик рядом с ней бесцеремонно плюхнулся молодой мужчина, да еще и ухмыльнулся так, будто осчастливил ее этим. Его появление не стало для Александры большой неожиданностью, она этого типа без труда заметила, он пробирался между столиков с грацией утконоса. Она просто не ожидала, что он решит докучать ей. Гости лайнера могли быть наглыми и самоуверенными в любое другое время, однако на этом аукционе они соблюдали негласные правила вежливости.

Все, кроме него.

– Добрый вечер, – мужчина сверкнул белоснежными зубами, настолько идеальными и симметричными, что настоящими они быть никак не могли.

 – Я сегодня составлю вам компанию.

Он не был красавцем – ни классическим, ни обаятельно оригинальным. Александра подозревала, что они примерно одного роста, а на каблуках она даже выше. Мужчина был тощим, с узкими плечами и широкими бедрами, а под дорогой рубашкой просматривалось пивное брюшко. Черты лица остро напоминали крысу – с длинным носом и скошенным подбородком.

Александра догадывалась, что раньше были и крысиные зубки, но какой-то стоматолог постарался на славу. Мужчина был блондином – со светло-пшеничными волосами, бровями и почти невидимыми ресницами, да еще и с россыпью неярких бежевых веснушек на щеках. Он пришел на аукцион в дорогом костюме, хорошо сидящем и даже скрывающем некоторые проколы генетики – если не смотреть вблизи. Ошибся этот стиляга только с цветом, оттенок кофе с молоком превращал его в однотонное продолговатое пятно.

Но все это для мужчины ничего не значило. Он признал себя красавцем и верил в это даже искренней, чем иные матери верят в своих детей. Он подсел к Александре не для того, чтобы попытаться заинтересовать ее. Он просто выбрал женщину, которая показалась ему самой красивой, и явился брать свое. У такой уверенности наверняка были причины – или в богатом детстве, или в психических отклонениях. Но Александре копаться в этом не хотелось, и она просто сказала:

– Этот стул занят.

– Кем же?

– Мной. Я в ту сторону дышу, а вы портите вид.

– А вы забавная, – оценил мужчина. – Я – Лев Куплак!

– Соболезную вашему горю, но остаться я вам все равно не позволю.

Мужчина уставился на нее, и Александре казалось, что она почти слышит поскрипывание шестеренок в его голове, сбившихся с привычного хода. Он определенно не ожидал такой реакции, это было понятно по тому, как торжественно он произнес свое имя.