Хамелеоны

А во-вторых, здания были его особенной любовью. Главной, пожалуй. С них когда-то начался его путь с самого дна, они завораживали его, грели мыслью, что он меняет облик одного из лучших городов на Земле. И когда его не станет, – Николай надеялся, что момент этот наступит не слишком скоро, но от судьбы ведь не убежишь, – останутся эти дома, а значит, все было не зря.

Поэтому он и пришел сюда, на пустующую стройку, как приходил всегда, когда на душе кошки скребли. Даже при том, что проект будет затратным, здание обязательно вырастет.

Небоскреб напоминал Николаю больного зверя, которого он должен исцелить. А деньги… Ну что – деньги? Все деньги мира все равно не заработаешь.

Он предупредил сторожей, дежуривших на первом этаже, что побудет здесь какое-то время, по привычке надел каску и поднялся на восемнадцатый этаж, чтобы посмотреть на волны золотых огней, перекатывающиеся по городу. Теперь мысли о каске его забавляли. Приучился, прожужжали ему все уши техникой безопасности… Что от нее толку? Сверху ничего не свалится – потому что сверху и нет ничего.

А внизу сейчас всё, при простом взгляде – жизнь, при падении – смерть.

Он ведь и правда мог упасть… Восемнадцатый этаж так и не довели до ума перед вынужденной остановкой работ, здесь не то что стекла не поставили – стены до конца не возвели. Ничего хорошего в том, что площадка несколько месяцев промерзала, конечно же, не было. Но если ты десять раз повторишь, как все плохо, лучше от этого не станет.

Николай подошел к краю бетонной плиты, и теперь каких-то два шага отделяли его от вечности. Кто-то другой на его месте, лишь взглянув один раз вниз, уже повалился бы на четвереньки и отползал в сторону лестницы, панически призывая всех известных богов. А Николай пугаться не собирался: высота скорее завораживала его, к тому же, он прекрасно удерживал равновесие. В те годы, которые теперь казались далекими, будто приснившимися ему, он всегда брал самые сложные задания, связанные с работой на крыше.

Его считали человеком с железными нервами, да он таким и был… Вот только высота его не испытывала, она утешала его и давала сил, а нервы ему трепало кое-что другое.

Вспомнив об этом, Николай нахмурился, и спокойствие, подаренное ночным городом, рассыпалось вдребезги. Каким все простым было когда-то… Да, он работал по четырнадцать часов в сутки. Да, порой не хватало даже на еду.