Черная Гончая

Значит, и Шатуну она отчитается с оптимизмом, про жука вряд ли упомянет. А уж я ему правду точно не скажу!

Но с кем-то мне нужно было поговорить. После выкрутасов со стороны стрелок мне казалось, что я действительно схожу с ума – особенно из-за тех снов. Меня это пугало до чертиков, мне хотелось, чтобы меня подстраховали, чтобы можно было кому-то довериться… А кому? Выбор невелик! Шатун отметается, как и два плода чресел его, живущие в одном доме со мной, я всему семейству не нравлюсь. С моими школьными друзьями (из той школы, что не была похожа на зверинец) мы теперь общаемся меньше, они живут далеко, а по мессенджеру про такое не поговоришь.

Я знала, что мама не захочет этого разговора. Но мы с ней были заперты в одной машине, из-за руля она вряд ли бы выпрыгнула. Пришлось ей вспомнить о родительском долге и с кислой миной согласиться на разговор по душам. Нет, я знаю, что она меня любит, ей просто хотелось бы, чтобы делать это было проще и почетней.

Я и так старалась жалеть ее, поэтому рассказала все без деталей. Упомянула, что в какой-то момент часы, кажется, стали двигаться назад. И что мне снится непонятно что. И что мне, вот если честно, очень страшно.

Мама долго молчала. Это меня немного приободрило: я надеялась, что она подыскивает те самые нужные слова, которые, если верить книгам, знают все родители. Но то ли книги врут, то ли моей маме инструкцию не выдали, потому что первая фраза напоминала лапоть, брошенный в лицо:

– Только Мише всего этого не говори!

А, ну офигеть просто.

Снова хотелось плакать, но я помнила, что в прошлый раз это не привело меня ни к чему хорошему. Придется искать другой способ.

– Не скажу, – пообещала я. – Я никому ничего больше не скажу.

– Ты не переживай, – неловко поддержала меня мама. – Ты ведь понимаешь, что лечение только началось? Тебе обязательно помогут! Просто говори доктору про все симптомы – и тебя вылечат.

Там уже таблеточки на горизонте замаячили? Однозначно нужно поменьше болтать!

– Обойдемся без таблеточек, – заявила я.

– Вот и я так думаю! Ты у меня сильная, ты справишься!

А как же! Буду справляться, раз ничего другого не остается.

Но какой бы сильной я ни была, той ночью я никак не могла заснуть.