Боги былых времен

Впрочем, иронизировал он напрасно. Если бы они были обычными людьми, его подозрения, может, и были бы оправданны. Но маги такого уровня могли почувствовать ложь на уровне энергии. Как бы гениальна ни была Сарджана, она не могла обмануть сразу трех обладателей разных способностей. Роувен прекрасно знал об этом и кривлялся скорее из любви к процессу. К счастью, Сарджана была достаточно умна, чтобы не реагировать на его язвительность, и это спасало их от скандала.

Их горное убежище было аскетичным, большая его часть скрывалась под землей, но беседовать там было не слишком уютно.

Он знал, что не должен себя винить, да и Дана сто раз говорила ему об этом. Но контролировать эмоции не так-то просто. Каждый раз, когда им приходилось бежать, Амиар невольно думал о том, какую жизнь он хотел бы дать ей и какую в итоге дал.

Ничего, это временно. Война рано или поздно должна закончиться.

Они собрались за столом, где Дана уже расставила чайный сервиз – посуду из тонкой глины, которая в окружении гор смотрелась на удивление органично. От легкого дымка, поднимавшегося из носика чайника, в воздухе разлетался запах трав и меда.

Сарджана устроилась рядом с Амиаром и Даной. Несмотря на ее царскую внешность и общую ауру благородства, находиться рядом с ней было на удивление легко, в ней не чувствовалось высокомерия, присущего другим кланам.

– Много ли пользы от той, кто только-только взял корону? – задумчиво произнес он, будто бы ни к кому не обращаясь.

И снова Сарджана не поддалась гневу. Взгляд чайного цвета глаз остался невозмутимым.

– Я возглавляю клан уже четыре года, – ответила она. – Насколько мне известно, Вольный Ветер удержался на троне и того меньше.

Что ж, у красавицы тоже были зубки. Роувен лишь поморщился, огрызаться он не стал.

– Я хорошо знакома и с правителями кланов, и с действующими наследниками первых ветвей, – продолжила Сарджана. – По правилам поединка, представлять клан может один из этих двоих.

– То есть, или наследник, или действующий правитель? – уточнила Дана.

– Да, причем правителю для этого не обязательно уступать корону. Он и наследник и без того обладают почти одинаковыми привилегиями. Но вдвоем они сражаться не могут.