Благословенны ночи Нергала

– Как они настроены? Вы чувствуете враждебность?

– Нет, враждебности нет… Они нас побаиваются, некоторые насторожены, некоторые испытывают надежду. Но нападать никто не собирается и ловушки здесь нет.

– Хорошо, продолжайте наблюдение.

Следить за множеством развитых сознаний одновременно всегда было сложно. При таком рассеянном внимании Альда улавливала лишь общий эмоциональный фон и ключевые мысли, которые появлялись в настоящем. Заглянуть в память каждому обитателю колонии и определить, скрывается ли в горах убийца команды «Гранд Орион», она не могла.

Делегация колонии не заставила себя долго ждать. Из прохода, укрытого среди валунов, сначала вырвался луч белого электрического света. Уже в этом сиянии к гостям шагнули люди – группа мужчин разного возраста. Одеты они были вполне цивилизованно, не в обноски и не в звериные шкуры. Это намекало, что жизнь в колонии налажена неплохо.

Первым двигался мужчина лет пятидесяти, высокий и подтянутый. Седина делала его чуть старше, но морщин на коже оказалось совсем мало.

– Добро пожаловать на Нергал. Меня зовут Иван Стеури, я избран Управляющим Обретенных гор.

Нергал, значит… Альде всегда было любопытно, как называли свою планету колонисты. По закону за ними закреплялось такое право первых поселенцев. Значит, в ближайшее время этому Кеплеру предстояло во всех каталогах и картах стать Нергалом.

Рядом с Управляющим стоял мужчина чуть постарше, но куда более мускулистый, облаченный в некое подобие военной формы. Он выглядел невозмутимым, как статуя, и Альда чувствовала, что его истинное настроение не так уж далеко от того, что он изображает. Мужчина не делал никаких выводов, он ничего не ожидал от гостей, он просто наблюдал.

– Это Эрнстин Вигели, – представил его Иван. – Генерал колонии. Я отвечаю за жизнь нашего общества, он – за оборону.

Говорил в основном Иван, остальные мужчины оказались чем-то вроде чиновников, они в беседу не лезли и даже побаивались пришельцев. Генерал продолжал наблюдать.

Снаружи горы смотрелись едва обитаемыми, на присутствие человека указывали разве что редкие сады на каменных террасах и расширенные дороги. А вот внутри все оказалось иначе.