Близкая Земля

Возможно, это даже не было жестокостью – если итальтика знал, что у людей не осталось ни шанса на выживание с тех пор, как они вдохнули красную взвесь.

Долго они не продержались. Надрывный кашель стал лишь первым симптомом. Он усиливался с каждой секундой, и вот уже откуда-то из горла или даже из легких пострадавших струилась кровь. Они смотрели на залитые красным ладони беспомощно, испуганно, а потом снова ломились внутрь – оставляя алые разводы на стекле. Они слабели, в панике оглядывались по сторонам, терялись в пространстве.

Крови становилось все больше: она струилась из ушей, ноздрей и даже уголков глаз. Это была болезнь, о которой Киган ничего не знал.

Но хуже всего оказалось то, что не справлялась с этой дрянью и Римильда. Киган больше не делал вид, что рад был от нее избавиться, он замер у стекла прямо напротив хилера и смотрел только на нее. Римильда первой догадалась, что итальтика используют химическое оружие, она все рассчитала верно, она должна была справиться… Она же мертвых возвращала к жизни, он сам видел!

Однако оказалось, что спасти других ей было проще, чем себя.

Может, что-то она и угадала, а потом явно переоценила свои силы. На лице, исчерченном багровыми полосами, застыло выражение удивленного испуга, глаза будто остекленели – да так и остались открытыми, когда хилер безжизненно упала на землю, уже пропитанную ее кровью.

Глава 4

Рафаль никак не мог вспомнить, что же произошло в лаборатории. Это было очень плохо.

Он прибыл на станцию после очередной миссии. В этом не было ничего необычного, он после каждого задания осмотр проходил. Правда, устал он сильнее, чем ожидал, и ноющая головная боль никак не проходила. Рафаль рассказал об этом господину Фетъе – больше-то некому. Начальник научного отдела велел ему пройти какие-то тесты, направил в лабораторию. Там было не слишком удобное кресло, горел яркий бело-голубой свет, от которого голова болела еще сильнее… Мельтешили какие-то люди, и, кажется, Рафаль поссорился с кем-то из них… Но тут память обрывалась, он будто провалился в непроницаемую темноту, лишенную звуков.

Очнулся он уже в одной из спален, и все было в порядке… По крайней мере, ему стало лучше, да и общались с ним как обычно.

– Ты просто потерял сознание, – обыденно пояснил господин Фетъе. – Это мы виноваты. Пять миссий подряд без перерыва – слишком много даже для номера 1.

– Да, я… Наверно. Мне уже лучше.