Авролион: Свиток апокалипсиса

– Ну, – протянула девочка, наблюдая, как Зенно кладёт кинжалы на стол и устраивается погреться у камина, – мы просто гуляли. За городом…

– Это был не очень разумный поступок, – заметила Саламара.

– Да ничего бы с нами не случилось, – подал голос Зенно и встретился глазами со внимательным взглядом Саламары.

– Я бы не была так в этом уверена. – Она вгляделась в его лицо. – Всё хорошо?

– Да, просто устал.

– Ужинать будете? – Вмешалась Рэйчил.

– Умираю с голоду! – Воскликнула Эстер. – Зенно, идём перекусим.

Престол поднялся и молча направился к столу.

Весь вечер Саламара не сводила с него глаз. Она подозревала, что дело было не только в усталости – Зенно явно был чем-то взволнован, но спрашивать его о причине беспокойства было всё равно, что разговаривать с кошкой. Да и та наверняка смогла бы дать более вразумительный ответ.

***

Ему действительно было неспокойно. Даже когда все в доме легли спать, Зенно всё так же продолжал сидеть у камина, глядя в огонь.

Ему нравилось ощущение тепла.

Вот бы это мерзкое жжение в груди тоже было от огня, но причина крылась в другом. Странное чувство. Неужели это от того, что он никому не рассказал о встрече с Клором? Вероятно, правильнее было бы поделиться с кем-то. Да, он поговорит утром с Саламарой.

От этого решения на душе у него стало значительно легче и он, забыв о незаживших ранах, лёг на спину. И тут же вскочил, еле удержавшись, чтобы не вскрикнуть от боли. А вместе с болью накатила злоба, такая же режущая. Злоба на тех, по чьей милости ему пришлось пережить эту позорную казнь.

На тех, кто навсегда лишил его свободы и способности летать. На тех, кто приговорил его к смерти. На святош, подобных Саламаре.

Зенно вспомнились слова Клора о том, что авролионка приставлена к нему как надзиратель. Неужели даже здесь они не могут оставить его в покое?

Ну уж нет. Они сделали достаточно, больше он не позволит причинить себе вред. Пусть даже для этого придётся стать хароном.

Он не скажет Саламаре ни слова. И присоединится к Клору – в конце концов, они оба были изгнанниками.

В комнате Эстер скрипнула кровать, послышались осторожные шаги, и девочка вынырнула из-за двери.

– Ты что, ещё не ложился? – Шёпотом спросила она, присаживаясь рядом на старый коврик.

– А ты почему не спишь?

– Мысли в голове вертятся всякие.

– Я слышу.

– Правда? – Обрадовалась она, но тут же нахмурилась. – Ты чем-то расстроен?

– С чего ты взяла?

– Я это вижу. И Саламара тоже заметила.