Авролион: Свиток апокалипсиса

Я вижу небо, затянутое серыми дождевыми тучами…

– Ты хочьешь сказать, что ты видишь серые дождевые тучи.

– Да, но я же знаю, что за ними чистое голубое небо.

– Но сейчас ты не видишь его?

– Сейчас нет.

– В этом и есть разльичие. Я вижу и тучи, и голубое ньебо, и солнце, и звёзды. – Он оторвал взгляд от горизонта и посмотрел на Эстер. – И я вижу не только тьебя, я вижу твою душу.

– И как выглядит моя душа?

– Она не выглядит. Она говорьит мне, кто ты и кем била.

– И кем я была? Хотя нет, не отвечай.

Я не хочу этого знать. Мама мне рассказывала, как она начала вспоминать свою прошлую жизнь, когда попала во владения моей бабушки, и это было очень тяжело, учитывая то, что мой папа сжёг её на костре пять веков назад.

– Неловко вишло.

– Да, романтичная история. – Эстер на мгновение задумалась. – Я думала, что с тобой невозможно нормально разговаривать.

– А на самом деле?

– Думаю, ты способен не только на хамство.

– По большьей части только на него, – сказал Зенно, насмешливо подняв бровь.

– А в Авролионе бывают бури? – Полюбопытствовала Эстер после очередной паузы.

– Иногда. В бурью летать веселее… было, – добавил он и непроизвольно дотронулся до плеча.

– Ты правда совершил что-то ужасное? – Спросила Эстер, заметив этот жест.

– Нет. Миетатрон просто промахнулся, а я проходил мимо.

– Серьёзно?

Зенно поглядел на неё как на идиотку.

– Прости, это, наверное, не моё дело.

– Что значьит «наверное»?!

Наконец низкие свинцовые тучи без предупреждения пролились на землю дождём, и оба, не сговариваясь, направились в сторону дома.

В гостиной было тепло. Рэйчил растопила камин, и тени от предметов весело плясали на полу и стенах.

Зенно подошёл к камину и опустился на коврик, обняв колено, а Эстер устроилась на диване, подобрав под себя ноги.

– Можно тьеперь я спрошу? – Подал голос престол, не отрывая взгляда от пляшущего огня. – Как вы смиряетесь с такой короткой жизнью? А потом Прьистанище Душ, о котором вы даже не помньите.

И всё начинается снова. Вечная амниезия. – Он вздохнул. – Зато у вас есть душа.

– А с чего ты взял, что у тебя её нет?

– Послье смерти нас нигде нет.

– Ты уверен? А вдруг существует, ну, ещё один мир. Как Пристанище Душ, только для авролионцев.

– Если бы сущьествовал пятый мир, мы бы о нём знали.

– Полагать, что в этом мире нет ничего, о чём бы вы не знали, несколько самонадеянно, тебе не кажется?

– Сейчас я точно знаю, что нахожусь в аду.