Танцы с Судьбой. Часть 12. Командирский джекпот

Это нормально?

– Можно подумать, что Бэн видел Арианну, – с горестью усмехнулась Софья.

– Слушай, как вы с Бэном сохраняете свою любовь столько времени. Вы ведь даже ни разу по-крупному не поругались.

– Подруга, Риддл и Салинос слишком разные по характеру и темпераменту. То, что дано одному, совершенно чуждо для другого.

На кухню вошел Ричард:

– Здравствуй, тетя Анна!

– Здравствуй! Да ты уже целый жених, – улыбнулась Анна. – Ивон просила передать тебе привет.

Парень проигнорировал последние слова:

– Мама.

– Иди, дорогой! – Софья поднялась из-за стола и поцеловала сына. – Только не задерживайся.

– Хорошо.

Ричард ушел, а Анна произнесла:

– Похоже, он интересуется дочкой Кэт.

– Да, – пожала плечами Софья. – Ричи этого и не скрывает.

– А моя Ивон «положила глаз» на твоего сына.

– Анна, – улыбнулась Софья, – о чем ты? Сколько им лет? Ричарду – тринадцать, а Лауре и Ивон – по двенадцать. Какая любовь? У них еще компьютерные стрелялки на уме.

– Ты забываешь, что твой сын – внук Президента, – возразила Анна, постучав по столу крепкими, выкрашенными в алый цвет ногтями. – А Лаура с Ивон уже достаточно взрослые, чтобы понять выгоду этого родства.

– Анна, ну ладно Лаура, – Софья с ногами забралась на стул. – Но в твоей Ивон больше президентской крови, чем в Ричарде. Твоя дочь – настоящая внучатая племянница Президента. А Ричард? Он внук Секары только благодаря браку того с моей матерью.

– Но Президент считает тебя родной дочерью, – Анна пристально смотрела на собеседницу.

– Но биологически мы чужие. По сути дела, Ричард Риддл – сын падшей женщины и вора. – Софья зло сверкнула глазами.

– Можно подумать, я – не шлюха! И Фернандо – не бывший зек!

– Да. Ты права.

Бывшая и настоящая синьоры Салинос переглянулись и радушно рассмеялись. Да, судьбе было угодно, чтобы их жизни пересеклись и были чем-то похожи. Но, по крайней мере, обе они нашли свои вторые половинки.

Анна закурила расслабляющую сигарету:

– У меня было много мужчин, но я никогда никого не любила. Моей единственной любовью стал Фернандо Салинос.

– А я любила его, – подхватила ее мысль Софья, пытаясь загасить проснувшуюся в душе ревность.