Кровавое дело Теодора Мерфи

Лишь биорегенераторы были заняты пострадавшими при взрыве на орбитальной космической крепости. У троих процесс восстановления был запущен сегодня утром, и через неделю они должны были покинуть биорегенераторы абсолютно здоровыми, освободив место троим коллегам, которые сейчас находятся в отделении реанимации. Пожалуй, эта шестерка была самыми тяжелыми пациентами. За остальных не стоило беспокоиться. А в родильном отделении послезавтра ожидался бум на выписку новоиспеченных мамочек. Население Риддл-тауна активно пополнялось.

Шестеро дежурных врачей экстренной бригады надеялись на спокойное дежурство. Хотя, как повелось испокон веков, никогда вслух не желали этого себе и коллегам.

Софья распахнула окно и, удобно устроившись на подоконнике, разглядывала больничный сад, в котором прогуливались выздоравливающие.

– Что, доктор Салинос, скучаешь по космосу? – Подошедший Рамон протянул женщине стакан прохладного сока.

– Не поверишь, доктор Идальго! – Хитро прищурилась Софья.

– Мы слишком натерпелись в этом рейсе, – присоединилась к разговору Нина. – Нужен перерыв.

– Перерыв в виде дежурств в экстренной бригаде?! – Не понял коллега. – Девчонки, вы или маньячки, или истинные фанатки своего дела.

– Думай что хочешь, доктор Рамон, – Софья выкинула стакан в утилизатор. – Но без клиники и медицины я не могу.

Нина увела доктора Идальго на удобный широкий диван, где еще трое их коллег смотрели трансляцию футбольного матча:

– Парни, дело есть на ящик вкуснейшего тэрцианского вискаря каждому.

– Проси, что хочешь, доктор Бекет, – засмеялся хирург-травматолог. – Что такого вы не можете сами решить?

– Моему мужу и капитану нужно освидетельствование медкомиссии для работы в учебке, – не думая лукавить начала разговор Нина. – Их врач не хочет подписывать заключение, упертый баран. А «Медик Стар» сотрудничает с Министерством обороны.

– Это что же вы сотворили со своими мужиками, что им теперь комиссию не подписывают?! – Добродушно засмеялся Рамон, глядя на Нину с Софьей.

– Во-первых, с них требуют развернутую военную комиссию, – доктор Бекет наградила друга легким подзатыльником. – А, во-вторых, я в клинике работаю акушером-гинекологом. И моя подпись в медкомиссии пилота мужского пола будет выглядеть очень и очень глупо.