Конунг и берегиня. Дороги Судьбы

Мальчишка призадумался, рассматривая карточки с инструкцией по сборке:

– Мам, это сложно.

– Давай не ленись, – Софья разлохматила черные волнистые волосы сына.

Джузеппе недовольно засопел, но принялся раскладывать детали. Гильерме, оставшийся на полу с отцом, начал собирать детали зданий. Софья смотрела на сыновей и невольно сравнивала их. Внешне они унаследовали основные черты генетики рода Салиносов. Только по характеру получились разные. Джузеппе был немного с ленцой, а Гильерме, наоборот, шустрый и неугомонный, хоть и родился на три минуты позже.

Фернандо вернулся к жене и обнял ее:

– А кто уехал после обеда?

– Гарри повез дочку к Марине и Армандо. Мол, пусть вторая бабушка тоже поразвлекается с внучкой. А Лекс отдыхать пошла, – Софья уткнулась в сильное мужское плечо.

– Да вроде полегчало, только на душе все также тошно. Ты когда на смену в клинику?

– Теперь как решу после родов. Франко отправил меня в очередной отпуск, плавно перетекающий в декретный, – Софьины пальцы скользнули на шрамы от ножа. – Думаю, что появлюсь в «Медик Старе» только во время родов. А на работу выйду самое раннее в следующем году.

– Не в следующем, а через год, – засмеялся Фернандо. – Сто одиннадцатый пока не наступил.

– Кушать не хочешь? – Мягкие женские губы коснулись слегка небритой щеки.

– Нет. Требуха пока не успокоилась окончательно.

Гильерме схватил коробку с роботом-транформером и протянул ее отцу:

– Пап, сделай из него собачку.

– А ты уверен, что из него можно такое сделать? – Фернандо с любовью смотрел на сына.

Мальчишка перевернул коробку и ткнул пальцем в картинки на ее дне:

– Вот, видишь?

– Знаешь, сын, пока еще вижу, – засмеялся капитан.

– Ну тогда сделай собачку, – Гильерме схватил вторую коробку и принялся во что-то трансформировать упакованного в нее робота.

Джузеппе, увидев это, начал бить брата ладошками с криком:

– Не трогай! Это – мой робот!

Пришлось Фернандо разнимать сыновей под угрозой того, что не поведет гулять.

– Зачем он взял моего робота? – Захныкал Джузеппе, прижавшись к отцу.

Гильерме показал брату язык и, как ни в чем не бывало, снова принялся за конструктор.