Каструм Альбум

– Найдем Хакима? Он всегда знает, что делать, – сказала Пилар.

– Это кто?

– Это мой… друг. Я его с детства знаю. Он сразу сказал, что беда будет.

– Некогда его искать, сейчас всё вверх ногами, пойдем уже.

Они двинулись, стараясь не выходить на освещенные луной участки дороги. Такой знакомый город, где каждый выступ, каждая дверь были узнаваемыми на ощупь, оказался в эту ночь тельцом на заклании.

Между тем дождь, пролившись бешеным потоком, так же внезапно стих, как и начался.

До моря оставалось совсем немного, когда стало понятно, что римские корабли сожжены.

Спасение морем теперь невозможно. Ведомые лишь чутьем, они двинулись в сторону гор, подальше от пожаров и стонов раненых, понимая, что без воды – это путь в никуда.

Впереди Лусентум ждало падение, запустение и полное забвение. В эту роковую ночь в попытке надышаться перед смертью двое разных людей позволили себе думать об утерянном времени, о любви и о том, чего не произойдет уже никогда.

Пройдя большую часть пути, Пилар в изнеможении опустилась на плоский камень.

Понимая, что она не сделает ни шагу, Лука сел рядом на землю. Девушка низко опустила голову. Спутник, решив, что она плачет, сделал шаг в ее сторону в попытке хоть как-то утешить, как услышал тихий голос:

– Оставь ее, она спит. С детства так делает, когда совсем измотана.

– Вы кто? – удивленно спросил Лука.

– Хаким.

– Она хотела искать вас, но я не понимаю, как вы…

Хаким, сняв свой темный плащ, накинул его на спящую:

– В темноте ночи ее белое платье лучше, чем любая мишень, я вас за тысячу локтей увидел.

И куда вы направились?

– Мы просто выбрались из города и пока не понимаем, как быть дальше.

– Лука… – Хаким подбирал нужные слова. – Твоя семья…

– Все?

– Рабов увели, а остальные… прости…

Лука отвернулся и замер. Хаким молча опустил ему руку на плечо.

– Аж-ж-ж, – скривился Лука от боли.

– Ты ранен?

– Царапина, не страшно.

– И из-за укола пальца умирали цари, – сказал Хаким не терпящим возражений тоном и, помогая Луке освободиться от плаща, добавил: – Послушай.

Сейчас тяжело. Но оплакать свою семью ты сможешь позже, есть задача поважнее: выжить.

– Вы поможете нам? – спросил Лука Хакима.

– Нам?

– А что не так? – с вызовом ответил юноша вопросом на вопрос.

– Она просто рабыня, – внимательно изучая лицо Луки, немного надменно сказал Хаким.

– Она сказала, что вы ее друг.

– Это так. Но для тебя она была всегда всего лишь рабыней.