Ангелы плачут в июне

Просто мне так легче – помогать другим, пропускать через себя чужие эмоции, исцелять чужую боль, чтобы не оставалось ни сил, ни времени на собственную.

– Извини, бабуль, но полоумная ведьма, как ты ее называешь, вбила мне в голову еще кое-что: помогать можно только тем, кто об этом просит.

– Так я ведь прошу!

– Не за себя. Прости, у меня связаны руки.

– Отлично! Меня уволят, а ты и пальцем не пошевелишь, чтобы помочь?

– Успокойся, тебя не уволят. Если девочке стало хуже, мать, скорее всего, поспешит доставить ее обратно под присмотр светил медицины.

– И что мне это даст? – Она раздраженно отмахнулась.

– Надеюсь, осознание того, что не ты довела ее до кризиса.

Тонкие темные брови угрожающе сошлись на переносице.

– Это мне вряд ли поможет! – Бабушка долго сверлила меня своим особым взглядом, потом раздраженно отмахнулась: – Ладно, действуй.

Глава 2

Я посмотрела на потолок, продолжающий сотрясаться от шума, прикидывая, стоит ли предпринять очередную, заведомо безрезультатную попытку мирных переговоров.

За последние несколько дней в двери семнадцатой квартиры мне приходилось стучать раз десять. Я уже знала поименно всех пятерых рабочих, но найти общий язык не смогла ни с кем. Они ссылались на навязанные заказчиком жесткие сроки и все мои жалобы неизменно игнорировали. Хозяев квартиры, молодую эффектную пару, я видела лишь мельком. Поговорить с ними пока не удалось.

Ладно, воспользуюсь экстренной мерой. Достала из шкафа большие вакуумные наушники. Такие иногда надевают строители крупных объектов в качестве защиты от постоянного громкого шума.

Бабушке не терпелось начать сеанс. В ее глазах светилась надежда, которую мне, к сожалению, не суждено было оправдать.

Через пять минут я сдалась и устало стащила наушники. Почти ничего увидеть не удалось. Грохот сверху, даже приглушенный в десятки раз, мешал сосредоточиться.

– Ну, что скажешь? – нетерпеливо спросила бабушка.

– Ничего особенного. Обычный двенадцатилетний ребенок. Насколько я могу судить, физически девочка здорова. Небольшая анемия не в счет. А значит, за приступы ответственна не физиология, а психология.

Бабушка нахмурилась. Понимаю, это не то, что она хотела бы услышать.

– Это ты уже говорила! Объясни, каким образом ее психология связана со мной?

Я со вздохом откинулась в кресле-качалке.

– Думаю, никаким.