Лисьи огни

– Скажите честно, Вас не выводит из себя это хихиканье? Неужели я тоже была такой в 15 лет, – нахмурилась я.

– Сомневаюсь, что кто-либо захотел бы держать в своем доме вечно хихикающую горничную или няньку, – предположил Максимилиан. – К тому же люди редко вызывают во мне иные чувства, кроме жалости. Вы такие беспомощные, просто удивительно, как еще не вымерли. Единственное, к кому я не безразличен, это собаки, их я не люблю. Как можно так низко пасть, чтобы вилять хвостом перед двуногими? Я уж не говорю про выполнение команд за еду.

– У меня порой возникает чувство, что Вы изначально родились животным, особенно когда Вы так рассуждаете.

– Кто знает, может быть так все и было. О, поглядите-ка, наша старая знакомая!

По натертому паркету плыла Лэйнэ. Атласное небесно-голубое платье сидело не ней как вторая кожа, очерчивая каждый изгиб и приковывая взгляды стоящих вокруг мужчин.

– Добрый вечер, госпожа Лэйнэ, – Максимилиан поцеловал протянутую руку в атласной перчатке. – Вы не изменяете себе – только Вы умеете носить закрытое платье так, словно его нет вовсе.

Лэйнэ вежливо скривила губы в улыбке. Смотрела она только на Максимилиана, меня для нее не существовало.

– Большего от Вас я и не ожидала, поэтому сочту за комплемент, – произнесла она. – А я смотрю, Вы все же взяли своего домашнего питомца? Какая на ней милая одежонка, я помнится нечто подобное надевала, когда помогала маме копаться в саду.

– Вы это про меня сейчас говорите? – натянуто произнесла я, чувствуя на запястье предостерегающее пожатие Максимилиана.

Лэйнэ томно вздохнула и повела бокалом:

– Разумеется про тебя, девочка. Думаешь, ты первая, кто надеется прыгнуть в хозяйскую постель? Это шанс для таких как ты выбиться в люди, но увы, ты ошиблась в выборе. На тебя даже кучер в этом доме не станет заглядываться, не то что Макс.

– Лэйнэ, ты пьяна, тебе лучше поехать домой, – произнес Максимилиан ледяным тоном.

– Конечно, милый, только дождусь финала твоего представления.

С блестящими глазами, задернутыми поволокой, Лэйнэ похлопала его по щеке и прошествовала дальше. На прощанье она даже кивнула мне.

– Стерва, – подытожила я. – Судя по тому, как бесстыдно она себя предлагает, ее чувства к Вам не остыли.

– Единственное, что она испытывает – это чувство уязвленной гордости.