Последний день осени

 – И это довольно мутный тип.

Когда у Кости получилось пройти отбор, она сразу готовилась к тому, что просто не будет. Это уже было не мероприятие уровня школы, в котором борьба идет за цветастый диплом без рамочки. Костя вышел на национальный уровень, его голос слышали во всех уголках страны. Женя прекрасно понимала, что рано или поздно это привлечет к нему внимание. Она надеялась на поздно. Получилось рано.

Первым, кто решил заняться Костей, оказался тот самый Серебряков. Сам Костя от него тогда отшутился и решил, что история закрыта хотя бы на время.

Женя взглянула на часы и тяжело вздохнула.

– Он будет здесь минут через десять. Я назначила встречу в этом кафе.

Валера, не ожидавший от нее такого коварства, поперхнулся остывшим борщом.

– Что?! Почему ты меня не предупредила?!

– Предупреждаю сейчас.

– Женя!

– От тебя ничего не требуется, – примирительно сказала она. – Просто сидеть здесь и вроде как быть поддержкой. Послушай, я про этого Серебрякова узнавала… Он действительно нехороший человек. Я не позволю Косте с ним работать, и он должен понять это уже сейчас. Поэтому я встречаюсь с ним в общественном месте – и мне было бы проще, если бы ты остался рядом.

– Женя, ты знаешь, как я отношусь к конфликтам!

– Так тебя же никто не просит участвовать! Просто сиди и сурово молчи.

Вот только Валера доверенную ему роль защитника не оценил. Сообразив, что до прибытия «нехорошего человека» остались считаные минуты, он поспешно поднялся, позабыв об остатках борща и котлете. Он собирался торопливо, хмурился, стараясь не смотреть на свою спутницу. А у Жени даже не было сил злиться, ситуация получалась нелепо смешная.

– Мы еще обсудим это, – бросил на прощание Валера. – В другой обстановке! У меня нет времени ждать счет, заплати за меня, пожалуйста, я потом верну.

– Ага.

– И не нужно делать вид, что это я виноват!

– Беги быстрее, а то будет неловко, – посоветовала Женя.

– Я вовсе не бегу, я просто… Ай, ладно, потом!

Мир не желал упрощать Валере задачу. Куртка зацепилась за стул, едва не утянув его за собой, официантка будто специально бросилась под ноги, а покинутый борщ все же успел плеснуться на рукав белой рубашки.