Следуя за судьбой

– Как ты можешь мечтать о том, чтобы этот «зверюга» выжил, он заслужил смерть! Я каждый день молюсь, чтобы он умирал долго и мучительно! – Милли стала понемногу заниматься огнем, и Эдвард отскочил от нее, как будто боялся обжечься.

Вытаращив на нее глаза, он спросил:

– Милли, что с тобой? Тебе не больно? Может, тебе чем-то помочь?

– Со мной все в порядке, просто это у меня магия такая. Ты что, не знаешь про магию в этом мире? – спросила она, увидев, что его глаза расширяются еще больше.

– Знаю, конечно, но при чем тут ты? Мы же полукровки, у нас с тобой не должно было быть магии! Мне Демиан так объяснял!

– Опять Демиан! Как ты вообще мог столько лет жить с ним рядом и не отомстить за смерть мамы? Я тебя не понимаю! – Милли уже почти кричала на брата и все больше занималась пламенем с красными языками. Она была настолько зла на Эда, что в голове мелькнула мысль убить и его, но вовремя поняв, что эти мысли не ее, она резко затрясла головой, прогоняя их.

– Милли, ты все это время считала, что Демиан убил нашу мать? Как же ты, наверное, переживала за меня, веря, что я в плену! Прости, я не мог тебя забрать, портал был закрыт, но не было ни одной минуты, чтобы я не думал о тебе. Ты мне веришь?

Милли стала понемногу успокаиваться в его объятиях и уже со слезами на глазах спросила:

– Почему тогда не забрал сразу, в ту ночь?

– Мы тебя искали в сарае, где, как мне сказал Демиан, он тебя закрыл, но не нашли.

– Почему ты решил, что маму убил не он? Я сама видела, как «зверюга» убил отца, – ей казалось немыслимым, что Эдвард будет защищать убийцу, но и поверить ему на слово тоже не получалось.

Он глубоко вздохнул и, выпустив сестру из своих крепких рук, повел к месту ее лежанки. Усевшись прямо на пол, указал Милли рукой на солому, сказал:

– Присядь, мне многое надо тебе рассказать, поэтому разговор будет долгий.

Она села, скрестив ноги, как в детстве, и, пристально глядя на брата, принялась слушать.