Градации черного. Книга 2

По общечеловеческим меркам, а не по тем, к которым ты привыкла…

Ее щеки покраснели и губы задрожали от досады, но она бодрым голосом продолжила:

– Ты завидуешь, потому что у нас с Женей большая и чистая любовь, на которую ты не способен, – язвительно проговорила она, – и меня вполне все устраивает…

Адольф негромко рассмеялся и окинул ее язвительным взглядом:

– Это заметно, – проговорил он, – по тем взглядам, которые ты бросаешь на моих подружек, как ты рассматриваешь их платья, сумочки, украшения.

Я знаю, что ты делаешь вид, что тебе все равно, но на самом деле тебя это не так. Женя никогда не сможет дать тебе всего этого, для него счастье не в вещах, а в чистых человеческих отношениях…

Она вспыхнула от досады, вернулся Женя и сразу уловил перемену в ее настроении, он присел рядом и осторожно погладил ее по кудрявым волосам, но она сердито оттолкнула его и выскочила из-за стола. Женя, ничего не понимая, пошел за ней и едва успел поймать ее, садящуюся в такси. Он взял ее за руку, которую она с ненавистью вырвала из его руки.

– Что случилось? – глухо проговорил он.

Она с яростью обернулась к нему:

– И ты еще спрашиваешь, что случилось? – выкрикнула она, – твой дядя смеялся мне в лицо. Он считает меня нищенкой и не парой для тебя. Каждый раз он в открытую издевается надо мной… Я не могу так больше. А ты не можешь ничего сделать…

Женя непонимающе смотрел на нее:

– По-моему, ты не права, он ведет себя вполне достойно… – тихо пробормотал он.

Она смерила его презрительным взглядом:

– Ты маленький просто. И совсем глупый. И не понимаешь простых вещей. По-моему, однажды тебе придется выбирать между нами. Я не хочу больше с ним пересекаться, ясно тебе? Если выберешь меня, позвони…

Она села в такси и с раздражением захлопнула дверцу. Женя не стал ее удерживать, зная, что это бесполезно. Он вернулся в зал и тихо сказал Адольфу, что уходит. Адольф равнодушно улыбнулся, показывая, что услышал его слова. Женя не знал, что ему сказать, он неуверенно потоптался рядом с Адольфом, тот был вовсю увлечен общением, он улыбался и в его золотых волосах отражались лучики света, словно корона или нимб.

Он был так близок и так бесконечно далек, Женя ощутил, как одиночество тронуло его сердце холодной рукой. Никем незамеченный он тихо ушел.

С этого вечера Женя старался не ходить никуда с Адольфом и Жанной, Адольф тоже перестал звать их, теперь они с Жанной выходили куда-то вдвоем.