Погружение в темную воду. Мистические истории: реальные и выдуманные

Что сегодня подадут на стол – это уже новая мысль, поселившаяся в умах отдыхающих.

Ближе к вечеру Андрей уже один пошел на Белужий звонить. Лодка на том же месте, подойдя ближе он понял, что собака уже не так весела и начала поскуливать. Он еще раз обошел вокруг лодки, внутри ничего не изменилось. Следов новых нет, никто к ней не подходил.

– Нет, ну нельзя на такой лодке по морю кататься, даже в штиль, а шторма здесь постоянно в это время года. Максимум по тихому пруду или карельскому озеру, – рассуждал он вслух.

На обратном пути с мыса он решил зайти в избу, бывал он там часто, поэтому мог констатировать – здесь никто не появлялся, закрыта была изба на щеколду так как он запирал в последний раз. Лодочник в избе не появлялся.

На следующее утро, с ранья ему уже туристы – жаворонки донесли, что воз и ныне там. Лодка стояла, собака спала. Рядом закопанные ее экскременты. Андрей собрал со стола паштет и вчерашнюю гречку с тушенкой, отнес ее псу. Собака была грустна, но поела все с аппетитом, даже миску (кто-то из предыдущей группы забыл свою походную миску, вот она и пригодилась) вылизала.

Когда к вечеру хозяин не появился, собаку решили взять к себе, Андрей написал записку и засунул ее в щель между бортовых досок. Оповестил хозяина, что собака в лагере, как подойдет к лодке, пусть придет за ней – уж очень хотелось Андрею увидеть этого смельчака, который на такой погибайке в море вышел, или не человек это вовсе.

Прошло четыре дня, пес прижился среди людей, увязывался за всеми, бегал и вилял хвостом, записка тем временем совсем раскисла, от дождя чернила потекли и сама она приуныла и почти размылась.

Андрей позвонил в деревню с Белужьего мыса, поглядывая в сторону лодки, она черным пятном вырисовывалась на желтом песке, одинокая, разбитая, прибывшая будто из прошлого века. Осязаемая, но не реальная. Ему сказали, что никто такую лодку не знает, не местных это рыбаков точно. От их деревни она не отчаливала.

Остановка на Мягострове последняя в списке обязательных, отсюда уже в деревню, а оттуда на поезд до дома.

– Какой же черт тебя принес, – сказал он и сплюнул. Вдруг он услышал шорох, какой-то шепот, ветер поднялся не со стороны моря, а от леса, в избе скрипнули старые бревна. Птицы закружили как перед дождем.