Спасенная в неволю

После последнего из них возмущение и стыд просто зашкаливают. Мне кажется, я становлюсь настолько красной, что из ушей вот-вот может пойти пар. Мужчина вдруг встаёт с места, и я напрягаюсь, опасаясь того, что он собирается исправить недоразумение из последнего вопроса. Я зачем-то вжимаюсь в спинку стула и, крепче схватив вилку, решительно направляю ее на обидчика.

– Успокойся! – говорит мне Дмитрий, заметив воинственный настрой. – Я не собираюсь тебя трогать. Или что ты там себе напридумывала?! Но ты всегда можешь отсосать мне по собственной воле, – он криво усмехается.

Мужчина покидает террасу, скрываясь в доме. Вульгарность его слов вынуждает меня раскрыть рот. Я будто хочу что-то ответить и удивляюсь одновременно. Но ни то, ни то не выходит, а в результате чего, получается лишь глуповатое выражение лица. Собеседник возвращается достаточно быстро.

– Ты так ничего и не съела, – укоризненно произносит он, укладывая на свободное место рядом со мной чёрную папку на резинке. – Это контракт, который ты подпишешь. Можешь не утруждать себя чтением, ведь так или иначе, возможности отказаться у тебя нет.

Я тянусь к папке, но тяжелая мужская ладонь падает на неё раньше, чем мне удаётся сдвинуть документы с места.

– Сначала завтрак, – напоминают мне.

Принимаюсь за еду, в надежде, что Дмитрий больше не станет изводить меня пошлыми вопросами, вгоняющими в краску.

– После обеда к нам приедет инструктор по фитнесу и интимной гимнастике. Она позанимается с тобой.

– Зачем мне это? – уточняю я.

«Что ещё за интимная гимнастика?» – думаю про себя.

– Чем больше ты понравишься клиенту, тем больше чаевых он оставит. А чем туже будет твоя вагина, тем больше шансов произвести впечатление. Щенячьих глаз и девственной крови может быть недостаточно для успеха, – поясняет хозяин борделя.

– Пожалуйста, отпустите меня, – молю я. Отвращение подбирается к горлу, лишая возможности дышать. – Я ничего из этого не хочу! Я просто хочу домой! – начинаю всхлипывать. Хочется быть сильной, не показывать собственные слабости, но ничего не выходит.

– Немедленно это прекрати! – рявкает Дмитрий. – Я же говорил, что не люблю истерики. В своей комнате можешь рыдать сколько влезет, но при мне, будь добра, веди себя в соответствии в моими требованиями.