Тихая вода

– Я никогда не винил тебя, – ответил он.

Она подняла на него потухшие глаза, уголок рта дернулся:

– Ты не замечал меня последние шесть месяцев. Ни слова не сказал больше необходимого, ни разу не коснулся меня. В тех редких случаях, когда ты на меня смотрел, я видела в твоих глазах осуждение. Я знаю, что ты обо всем этом думаешь.

Пернилла быстрым движением вытерла хлынувшие из глаз слезы.

– Это не моя вина, – повторила она осипшим голосом. – И меня не должно это беспокоить.

Пропасть между ними была слишком велика, чтобы ее можно было преодолеть при помощи слов.

Да их и не было у Томаса. Он никогда не умел говорить вслух о своих чувствах. Теперь же внутри все и вовсе оказалось заперто, и Томас не имел в себе силы даже на попытку высказаться.

Он как никто понимал Перниллу, которая нуждалась в подтверждении своей невиновности. Но каждый раз, когда он в очередной раз собирался ей об этом напомнить, слова застревали в горле.

Потому что где-то в глубине души залегла убежденность в том, что в смерти Эмили кто-то виноват.

Каждый раз, когда в памяти возникал образ маленького безжизненного тела, Томас чувствовал в себе потребность кого-то обвинить. И если не Перниллу, тогда кого?

Он продолжал мучиться сомнениями. Вот уже в который раз спрашивал себя: что, если Пернилла проснулась бы той ночью? Она кормила грудью, поэтому должна была почувствовать, что с дочерью что-то не так. Томас понимал, что его рассуждения нелогичны, но снова и снова приходил к этому выводу.

Как могла она спать, когда рядом умирал ребенок?

Это был последний раз, когда они говорили об Эмили, а спустя пару недель Томас уехал в шхеры. Развод прошел быстро. Если есть дети моложе шестнадцати лет, супругам дают время подумать. У них детей не было.

Томас резко поднялся. Провел рукой по лбу, прогоняя мысли. Что толку пережевывать это снова и снова? Сколько раз он ни вспоминал последние часы жизни Эмили, ничего, кроме боли, это не приносило.

Томас устало вздохнул и подошел к окну, на ходу разминая затекшую спину. От мостика отчаливали патрульные катера. Как хотелось бы ему оказаться сейчас на месте рулевого!

Он отвернулся от окна и перевел глаза на бумаги на столе.

В любом случае, у него есть расследование, которым нужно заниматься.

Глава 20

Воскресенье, вторая неделя

Когда в воскресенье Томас вернулся на Сандхамн, он имел при себе фотографию Кики Берггрен.