Тихая вода

Кроме того, танцевали до упаду в ресторанах на воде, а потом, потные и разгоряченные, купались возле Дансбергета до восхода солнца.

Томас с детства хотел быть полицейским, а Нора юристом. Даже шутила, что, когда станет министром юстиции, доверит ему возглавлять полицейское управление.

Когда родился Адам, у Норы не было сомнений относительно кандидатуры крестного отца, но Хенрик решил вопрос в пользу своего лучшего друга и его жены. Только с Симоном Норе удалось настоять на своем. При том, что Томас действительно был тем самым человеком, на которого в случае чего можно положиться.

– Я здесь по работе, – он серьезно посмотрел на Нору. – Слышала, наверное, что на западном побережье нашли труп?

Нора кивнула.

– Звучит ужасно. Я отвозила Симона в бассейн, и там только об этом и говорили. Что случилось?

Ее взгляд стал беспокойным.

– До сих пор ни малейшего понятия. Тело мужчины, запутавшееся в старой рыболовной сети, – вот все, что мы знаем. Выглядит так, будто долго пролежало под водой.

Нора зябко поежилась, несмотря на жаркое солнце.

– Несчастный случай? Мне трудно поверить, чтобы на Сандханме кто-то кого-нибудь убил.

– Посмотрим. Для начала тело должны осмотреть медики. Из парня, который его нашел, много не вытянешь.

– Он в шоке?

– Вид у него жалкий, по крайней мере. Чего еще ожидать от того, кто обнаружил такое во время утренней прогулки.

Нора снова посадила Симона на багажник.

– Может, зайдешь на минутку, когда управишься? Чашку кофе ты точно заслужил.

Томас натянуто улыбнулся ее шутке.

– Звучит вполне разумно. Постараюсь.

Глава 5

Погруженная в размышления, Нора продолжила путь. Кто же этот несчастный, чужак или из местных? Если он с Сандхамна, кто-то должен его хватиться. Остров небольшой, все знают друг друга. Но Нора ничего такого не слышала.

Она припарковала велосипед возле штакетника и опустила Симона на землю. Соседка Сигне Бранд поливала розы. Южная стена ее дома буквально утопала в фантастических розах, ярко-пунцовых и нежно-розовых вперемежку.

Дом Сигне, или тети Сигне, как с детства называла ее Нора, назывался виллой Бранда и по праву считался самым красивым на острове. Он стоял на Мельничной горе, над самым входом в гавань. Когда в шестидесятых годах позапрошлого века мельница была перенесена с горы на другое место, лоцман Карл Вильгельм Бранд, дедушка Сигне, купил эту землю в собственность.