Дирексы

Все тело ныло от боли, ноги отказывались слушаться, но девочка продолжала бегать. За выполнением наказания, Джим остался следить лично. Парень, облокотившись на турники, внимательно следил за Одеттой. Было заметно, как сильно та вымоталась.

– Выходи уже – произнес парень, не отрывая взгляда от девочки. Из своего укрытия вышел Кальяс – Решил лично проследить за своей пассией?

– Закройте свой рот, капитан Джим – спокойно ответил Кальяс, стараясь не обращать внимания на его слова – Я здесь по поручению Главнокомандующего.

– Наш милый мальчик злится – усмехнулся парень – Грубость это не твое.

– Ты сегодня слишком разошелся.

– Мне просто подарили новую игрушку – Джим кивнул в сторону Одетты – Приятно, что она досталась именно мне. Не думал, почему твой папочка поручил их мне?

– Повторяю последний раз, для особо непонятливых. Закрой. Свой. Рот. – Кальяс отчеканивал каждое слово, после чего бесцеремонно сунул в руки Джима папку с документами – Это бланки с показателями новеньких.

Бирг приказал лично отдать их тебе в руки.

– Ты всегда называешь своего отца по имени? – без интереса спросил тот, принимая папку.

– Это не твое дело – проговорил Кальяс, не обращая внимания на слова Джима, переводя свой взгляд на Одетту.

– Хочешь знать, почему он назначил меня ответственным за это задание, а не тебя? – заметив, куда устремлен взгляд своего ненавистного знакомого, парень решил не упускать такой возможности. Не дав Кальясу ответить, он продолжил – Он считает, что ты с ним попросту не справишься потому, что среди новобранцев она – парень кивнул в сторону девочки – Главнокомандующий полностью освободил меня от рамок.

Он хочет выжить эту девчонку из войск. По его словам, она слабое звено, от которого нужно избавиться.

– Заткнись – грубо произнес Кальяс. Он не собирался выслушивать его высказываний в сторону Одетты и своего отца. Парень не верил в слова Джима, зная его гнилую натуру. Или просто не хотел верить…

– Ты ведь знаешь, что их тренировки сократили из-за Второй колонии? Уже решено, что для них это будет первое и решающее задание за стеной – не смотря на слова Кальяса, Джим продолжал говорить.

Кальяс слушал его, не в состоянии поверить, что его отец подписал этим ребятам смертный приговор. Он больше не стал выслушивать Джима. Кальяс ушел, не сказав ему больше ни слова. Он не хотел слушать лживые слова этого человека.

Все это время за ними наблюдала Одетта.