Мой Ветер

И вряд ли я готова, а главное способна, соперничать с мисс великолепной…Здравый смысл пока ещё со мной и трезво оценивает ситуацию.

– С Маккензи сложная ситуация, взаправду. Но знаешь, я нахожу дико сексуальным то, что ты не хуже моего разбираешься в машинах. На остальное мне плевать. – понижая голос отвечает он на мою тираду.

– Тебе…не мне… – осторожно указываю на разницу.

– Да… – проводит рукой по волосам: – Ты первая, кто меня отшил ещё на подходе. Неприятные ощущения, признаться.

– Извини. Я не из тех, кто верит в иллюзию, – встаю, пора закусить чипсами грусть от окончания этого крутейшего вечера.

– Не верь. – смотрит прямо: – В иллюзию. Ты идеализируешь меня, указывая лишь на свои недостатки, которые и недостатками сложно назвать. Но и у меня они есть, уверяю. Однако, я тебя услышал, Киа. Спасибо за правду.

Мне ничего не остается, как убеждать себя в своей правоте. Он провожает меня вплоть до улицы Дикенс, на прощание сигналит клаксоном и разбавляет тишину ревом двигателя. Смотрю ему вслед и грустно плетусь к дому.

Пусть я и сама высказала все то, что думаю. Но осадок от этого, тем не менее, осел. Не знаю, с одной стороны хотелось, чтобы он наплевал на все мои слова, и продолжил флиртовать. С другой же, он сделал правильно, приняв мои слова. Единственное, что до сих пор чешет мое любопытство это история с Маккензи. Даже, если допустить мысль о более тесном общении с Рейнольдсом, эта стерва не даст мне и вздоха сделать. Печаль разъедает душу, а пресловутое «если бы» рвёт на части сознание. Сон, единственное лекарство от сердечных переживаний. Да и не только сердечных.

Пятница. Просыпаюсь нарочито бодрой. Видимо рассудок пытается показать, как все правильно он вчера разложил. Но внутри тоскливо что ли. Пытаюсь не зацикливаться на этих чувствах, предельно четко осознавая, что один калифорнийский парень смело пробирается под кожу. Решаю, что сегодня ниссан обязан отдохнуть и на ямахе качу в колледж. Сегодня короткий день, а это действительно радует больше обычного.

На парковке оставляю своего старого друга и плетусь в кампус. Пожалуйста, закончись этот день и дальше выходные. Мне просто жизненно необходима эта передышка. То, что несказанно радует, так это журналистика, стоящая первой в расписании. А вот то, что происходит после не совсем. Точнее сказать, ничего не происходит. Подобие равнодушного кивка от Джейдена Рейнольдса и больше ничего. Ни взгляда, ни фирменной полуулыбки. Озадачивает не на шутку.