Пленница Зверя

Наблюдаю за аппетитной попкой, которая соблазнительно движется в такт маленьких шажков.

Весь путь до машин мы ступаем молча. Когда выходим из леса, и перед глазами открывается вид на колонну и столпившихся вокруг ребят, Милана оборачивается в мою сторону, точно хочет проверить, не передумал ли я. Не отдам ли ее своим людям на растерзание. В ответ на вопрошающий взгляд я лишь только криво улыбаюсь. Пусть боится. Дольше проживет.

Глава 10

Даян

– По машинам, – отдаю я распоряжение, когда мы оказываемся совсем близко.

Мужики расходятся, а я открываю перед Миланой дверь своего авто. Девочка послушно прыгает внутрь, попкой сверкает. Я отвешиваю ей грязный шлепок. Не могу сдержаться. Но она даже не пикает. Отлично. На какое-то время станет паинькой.

Агрегат в штанах все еще напряжен, и моими действиями явно недоволен. Безобидный удар по заднице отдается в нем новой порцией навязчивого возбуждения.

– Даян! – Бакир хватает меня за плечо прежде, чем я успеваю обойти машину, чтобы сесть рядом с деткой.

– Нет, – недовольно отвечаю. Тоже мне, папочка нашелся! – Я себя в руках держать умею, – напоминаю другу, хотя, если честно, яйца чуть не задымились от близости маленькой девочки Ворошилова.

Бакир кивает головой, показывая, что доволен мной. Я закатываю глаза. Ныряю в салон, где забившись в угол сидит моя детка, малышка чистая. Зажалась там, в уголке, будто и нет ее. Бледная как смерть, но на меня все равно с вызовом смотрит.

Сколько там ей?! Восемнадцать?! Школу, поди, только закончила… А тут я нарисовался. Здоровенный мужик на двадцать лет старше. Она такая мелкая, что в дочери мне годится. Но дочки я в ней не вижу. Лишь объект, с которым похоть утолить можно, яйца до последней капли выдоить. А это мне сейчас больше всего нужно.

Невинность Миланы меня даже бесит. Я люблю, когда под боком шлюха умелая, готовая на все, а не девственница с огромными глазами, что дрожит от каждого прикосновения.

Снова мажу по ней взглядом. Сидит, в окно смотрит. Ну хоть не ноет. Я нытье не люблю. Выворачивает прям. А жена если жаловаться начинает, трясет всего. От злости. Но она наученная уже. Лишний раз вой не поднимает, знает, что не работают со мной эти бабские штучки, раздражают только.

– Как обычно? – спрашивает Бакир, когда мы к столице подъезжаем.

– Нет, – отвечаю я.