Счастье – быть…

Быстро принесли заказанный Алексеем чайничек зелёного чая и несколько больших тарелок с разными бутербродами. Дмитрий ещё немного посидел в ожидании Екатерины, отвечая на сообщения в смартфоне, сделал короткий звонок и налил себе пол чашки чая.

– А вот и я, – услышал он голос подошедшей Екатерины. Она налила себе чаю и долила Дмитрию, мило улыбнулась и сказала: – Я не нарушила ваши планы, Дмитрий? Всё-таки вечер пятницы.

– Нет, нисколько. Человек я свободный. И любознательный.

– Рада слышать.

– Знаете, Екатерина, первый раз я один в таком большом кафе и пью чай.

– Дмитрий, дайте мне ещё пять минут. Я только черкну пару строк. А вы ешьте бутерброды, они очень вкусные, это фишка нашей франшизы.

– Я знаю, у моего офиса такая же кафешка, только меньше. Регулярно в неё захожу.

– Тогда приятного аппетита, – сказала Екатерина и принялась, что-то писать в блокнот. Закончив, она отложила блокнот и сначала пристально посмотрела на Дмитрия, а затем со вздохом сказала: – И снова вы пострадали.

– Вы о чём?

– Пятно на рубашке. Его не было.

– Ах, это. Пустяки. Официантка чуть не упала, когда принесла тарелку с бутербродами. К сожалению, один бутерброд не спасли, – ответил Дмитрий и улыбнулся. – Здесь очень скользкий пол. Красиво, но непрактично.

– Забавно.

– Что?

– Вот, смотрите, – она вырвала из блокнота листок, с только что сделанными записями, и протянула его Дмитрию. – Четвёртый пункт.

– Глянцевый керамогранит, – прочитал он вслух, – красиво, но не практично, исправить.

– Красиво, но не практично, – повторила она и забрала листок, сложила его вдвое и положила на стол под вазочку с цветком. – Вот так несоблюдение брендбука и стандартов приводит к проблемам.

К столику подошёл тот самый мужчина в пиджаке со смущённой улыбкой на лице.

– Екатерина Алексеевна, – начал он, – вам всё понравилось? Я могу взять листочек?

– Берите, Константин Андреевич. И не переживайте сильно. Я же здесь неофициально.

Мужчина развернул плотно исписанный листок и мельком посмотрел на него. Улыбка на его лице никуда не делась, но, когда он убирал сложенный листок в карман, правая рука едва заметно подрагивала.

– Большое спасибо. Не буду вам мешать, – сказал он бесцветным голосом, и, задевая стулья, ушёл в сторону бара.