Бодигард моей души

 – на заднем фоне я, действительно, слышу голоса и музыку: – Могли бы созвониться позже? – «детка, кто это» раздаётся голосом Харта и я понимаю, что после публикации новостей в процессе демонстрация, что у них все в порядке.

– Я заеду, позвоните, как будете дома.

Вся эта ситуация с множеством вопросов изводит. Но ещё не было головоломок, которые я бы не разгадал. Путает карты лишь устоявшаяся охрана. Пора вытаскивать Лиама из трясины, потребуются свои люди.

– Лиам. – коротко приветствую, набрав знакомый номер.

– Дерек. – очевидно опять в умате: – Как сам?

– Сносно. Ты? – мы спрашиваем не о том, как у нас дела, а о том, как переживаем то, что двумя месяцами ранее произошло с нашим отрядом.

– Наверно чуть хуже. – издаёт он печальный смешок.

– Слушай, друг. Нужна помощь.

Сантименты не наша история, мы молча стараемся оказать ту поддержку и понимание.

– Так, подожди, дай минуту собраться. – голос становится серьёзнее.

Что, что, а алкоголь для нас как вода, и даже если степень опьянения выше нормы, мы вполне можем собраться и вести себя будто и не было горячительной жидкости.

– Мне нужен человек. Свой. Уотсон попросил присмотреть за его другом. – начинаю я: – Конечно, далеко от того, что мы делали, но освежить голову и разгадывать задачки есть над чем.

– А. Кто-то там с отелями, он звонил мне. – отвечает Лиам.

– Да. Возьмешься? – спрашиваю в надежде, что друг согласится.

– Слушай, брат. Я сейчас не в лучшей форме.

Да и помощи от меня, что от бегемота.

– Лиам пора. Хорош уже. Нужны глаза и уши.

– Давай завтра я позвоню, и ты расскажешь, по рукам?

– Я буду ждать, засранец. – усмехаюсь я.

Кладу трубку, веря в то, что он одумается и поможет. Лиам в отряде был самым харизматичным парнем. В свободные дни где бы мы не находились, девушки разных сортов заглядывались на его светлые глаза и внешность актера. Он мог бы стать тем, кто жил припеваючи и посещал такие мероприятия, на которых мне удалось присутствовать вчера.

Но у этого парня отличные навыки стрелка, и было бы глупо просирать их, кривляясь перед камерой. Но то, что произошло с нами на последней операции сломало обоих. Лиам чувствует вину, ведь его любовные интрижки отвлекли от миссии. Я же чувствую вину, потому что был слишком уверен в том, что все делаю правильно, что не смог спасти. Это не стереть, и не выдворить из системной солдатской головы, но с этим как-то надо жить.