Злата и хозяин змеиной горы

 – Ой, беда-беда, огорчение! Змей – он ведь у нас здесь самый сильный! Тот еще гад, конечно, и душегуб, но наш, собственный, почитай, родной, все к нему уже давно привыкли, к закидонам его и златолюбию! Коли его не станет, так и конец нам всем! Превратит все царство-государство Зеленая Госпожа в камень! Быть нам всем статуями!

– Девица-красавица! – Лисы бросились ко мне и вцепились лапами в свитер. – Не погу-у-у-уби! Уважь змея! – Я возмутилась, что значит «уважь»? – Ну что тебе волосы? Не руки же, отрастут! Отдай косы окаянному! Пусть подавится! Чем хочешь отплатим, служить верно будем.

 – Я отступала, пытаясь оторвать цепкие лисьи лапы от одежды. Мне надо было подумать. Волосы – не такая большая цена, чтобы местный ирод от меня отцепился, к тому же я давно хотела стрижку сделать. Может быть, это и вправду поможет?

– Камень волшебный у змея из сокровищницы украдем! Тот, что между мирами ходить позволяет! Помирать-то как не хочется!

– Что вы сказали? Камень, меж мирами? – Лисы дружно закивали так, что у них головы чуть не отвалились.

– Ведь если Змей Горыныч своего не получит – беда будет! А так одним ударом умыкнем двух куриц! – переиначила пословицу лиса. Это казалось самым легким решением, малым злом.

– Ну что ж, видно, судьба у меня такая, жлоба вашего, до девичьих кос охочего, переучивать на чужое не зариться. Меняю перевоспитанного змея на камень, что меж мирами ходить позволяет.

Лисы долго не думали.

– По лапам!

– По рукам!

– А как мы этого добьемся? – вопрос вызвал к жизни тысячу предположений одно коварнее другого.

***

– На живца ловить будем, окаянного! Там и в Змеиную гору зайцами проберемся и до сокровищницы дойдем. Найдем, то есть. – из куста послышался хлопок и радостное потирание лап. Зеленый лис очень успешно сливался с листвой, только рыжие куски шерсти торчали наружу, но их можно было принять за цветы. – Да не вертись ты! – одернул меня лис, выглядывая из-за куста.

– Сделай вид, что волосы расчёсываешь! Зря тебе, что ли гребешок свой на разорение пожертвовала?! Последний между прочем! – Возмутилась лиса, после того, как я навскидку провела несколько раз по волосам и сломала пару зубчиков, которые так и остались торчать из копны.

Никак иначе кроме, как копной сена мою обширную шевелюру нельзя было назвать. И сейчас в ней гиб последний лисий гребень.

Рыжая мимикрировала под статую из змеевика-камня. Извалялась в каком-то болоте и встала истуканом на краю поляны, что аккурат к озеру выходила.