Жена для злодея, или Нельзя (влю)убить Кощея

Это позволило нам с Кощеем под шумок выскользнуть из общей толпы, отхромать в сторону и отдышаться. Только подышать вволю нам не удалось. Глубоко вздохнув, мы так и подавились этим самым воздухом и возмущением.

Мы с Кощеем стояли у хлипкой ограды, опоясывающей гигантскую подземную дыру. Внизу под нами кипела бурная деятельность. Этаж за этажом и так до самого сердца земли. Циклопическими спиралями разработки руды вгрызались в толщу горы.

Печки трудились, словно каторжники. К каждой были прицеплены ковши и валковые дробилки, крошащие горную породу, как печеньку.

– У-у-у-ухнем!

И сколько их здесь было? Тысячи дробильных установок вгрызались в сердце горы. Почитай, каждую деревню в изнанке обескровили. Отняв очаг дома, выстудив родовые гнезда, оставив замерзать на холодном ветру. Ведь камин и костер – это жалкая замена сердцу дома. Это фальшивки, не громадное, пышущее жаром сердце, а жалкая не греющая искра.

И эти родные очаги, превращенные в монстров, подкармливались опилками. Зомби корзину за корзиной вываливали в открытые горнила, чтобы печи непрерывно точили горное нутро.

Но больше всего нас поразили не толпы нежити, что сновали туда-сюда, а вполне себе живые, но почему-то шагающие так же, как и мертвяки животные. Здесь были все лесные жители, изгнанные из привычного места обитания: зайцы, олени, медведи, ежики и белки – любая лесная тварь на выбор. И все они действовали не по своей воле.

Переглянувшись со злодеем, мы без слов поняли друг друга. Если бы я была менее наблюдательна, то не заметила бы, как ладонь Костика сжалась в огромный дрожащий кулак. Это длилось всего пару секунд, напряженный отрезок времени, когда мир затаил дыхание. Но злодеи не были бы злодеями, если бы слишком хорошо не владели собой.

Корзины мы вывалили, как и все прочие зомби, в открытое горнило печи. Кощей же свою просто швырнул с неописуемой злостью. Он бы избавился и от той, что была надета на его голову, если бы я разрешила.

Я прямо видела, как злодей борется с желанием нарваться, разметать здесь все, не оставив камня на камне, и проигрывает своим желаниям.