НЛО – наглый любвеобильный объект

Сама в глубине души страстно мечтала о малышах, но не говорила об этом ни одной живой душе. Проболталась только раз, своему бывшему, и вот чем все закончилось: одиночеством, чужим неведомым миром.

Да за кого эти накачанные кубики льда меня принимают? Моему возмущению не было предела. Я им что, бездушная реторта для бесплатного вынашивания пропуска в счастливую морозную жизнь?

Я хотела поднять взгляд и посмотреть в наглые глаза этих ледяных мразей, но по дороге застряла на полпути, вперив свои очи в набухающие от вожделения, уже не болтающиеся части тела.

Вот как, они уже готовы?

Со всего размаху воткнула столовый прибор в замороженную еду. Осознание, что я попала так попала, опалило кожу огнем. Гнев был бесполезен, зато согревающ.

– Не собираюсь этого делать! – крикнула я, вытолкнув чашку и столовые приборы за пределы решетчатой клетки. О мерзлых харчах не жалела, все равно эта еда мне не подходит.

Больше расстраивало то, что мой крик вовсе не остановил бездушных домогающихся ледышек, а скорее взбодрил, заставив торчащие части нечеловеческого тела встать на дыбы.

– Я хочу поближе взглянуть на нее. Меня заводит, когда она кричит на нашем языке! – нетерпеливо бросил глазастый и дернул решетку на себя. Синяя искра очертила прямоугольник двери. Створка подалась назад и сдвинулась.

Больно! Прикосновение обожгло огнем, я шарахнулась в сторону.

Опасный тип приближался, уговаривая меня:

– Не сопротивляйся, ханами!

«Малышка» назвал он меня. Я и вправду была ему едва по плечо, ледяной инопланетянин с далекой, неизвестной мне планеты и впрямь был великаном.

Я потихоньку ползла от него по стеночке, выгадывая момент, когда можно будет шмыгнуть в открытую дверь и убежать от кошмарной участи, ожидающей меня.

Время от времени нетерпеливый носатый делал выпады, но я была начеку.

– Будь осторожен, ты можешь повредить ее. – Второй топтался в дверях, но, не выдержав искушения голым женским телом, тоже вошел в клетку. Я заманивала их за собой, с какой-то отрешенностью разглядывая голодных мужчин, один из которых предвкушающе потирал рукой свое торчащее вверх хозяйство.