НЛО – наглый любвеобильный объект

Только привлеку излишнее внимание остальных заключенных, и тогда… Тогда ему может прийти в голову поделиться с другими, а я этого не вынесу.

Варвар с каждой секундой становился более довольным, чувствовала голой спиной, как его напряженное тело расслабляется.

Пальцы уже более вдумчиво ласкали контуры интимностей, пробираясь глубже.

Вот оно как получилось: старалась избежать самого страшного, но напоролась на инопланетного извращенца. Недаром он так дрался за меня. Скорее всего, Бран самый сильный каторжник в этом подземном аду.

Так же, как и остальные заключенные, он много лет не видел женщин, и тут на свою беду появилась я, или…

Или не на беду, возможно, мне будет не так плохо в этом влажном и душном подземелье, а даже мучительно сладко.

Пальцы скользили, описывая контуры складочек, нежно гладили и ласкали, одновременно становясь настойчивее и постигая недоступные ранее глубины.

Инопланетному варвару нравилась эта неспешная игра. Это подтверждало жаркое дыхание возле моего уха и мерное рычание, срывающееся с его губ.

Похоже, ему, как и мне, пришлись по душе эти сладостные, словно патока, тягучие ощущения от производимых действий.

Мне становилось вовсе не до шуток. Рука двигалась уже внутри. Когда шаловливые пальцы оказались так глубоко, я и не заметила?! Эти движения были ритмичными, настойчивыми, напирающими, требующими подчинения. Они заставляли дышать чаще и выгибаться раз за разом вместе с ними.

Я повернула голову, прося пощады, но вместо слов смогла выдавить из себя только жалобный стон, который буквально был подхвачен с моих губ.

Слияние, страстное, неистовое, я не заметила, как меня подхватили и усадили лицом к лицу на колени.

Все мысли затмил долгий страстный поцелуй и движения пальцев. Губы варвара не давали опомниться, они ловили мой раскрытый рот в перерывах между криками, которых я уже не могла сдержать, и овладевали им. Жадно сминали и покоряли, заставляя все неистовее и неистовее откликаться на действия гиганта.

Пальцы уже не просто заводили, они заставляли сходить с ума, напрягаться мышцы и двигаться в унисон с их ритмом.

Быстрее! Еще быстрее! Губы требовали не отставать, бедра подавались вперед, подчиняясь ритму, напирая, сильнее принимая внутрь то, что давало наслаждение.

Глубже. Быстрее. Еще быстрее!

Прежде чем мозг окончательно отключился, он еще успел сгенерировать пару не совсем стройных мыслей.

О боже! Что же я делаю! Целую его! Более того, требую, чтобы он не останавливался. Стыдно до слез.