Непокорная. Будешь моей!

Я попыталась поблагодарить незнакомца, но не смогла, губы дорожали, да и всю меня колотило то ли от пережитого страха, то ли от холода.

Похоже, мой спаситель был из тех людей, которые не сотрясают зазря воздух, потому что вместо въедливых расспросов и липовых утешений он сказал только:

– Кофе?

Я благодарно улыбнулась потрескавшимися губами и кивнула.

***

Спустя десять минут вместо напитка передо мной стояла тарелка с густой, совершенно не кофейной жидкостью. Я, схватив ложку, счастливо зачавкала и только через некоторое время догадалась, что неплохо было бы поблагодарить своего молчаливого спасителя за помощь и еду.

– Фпасибо! – Слабая попытка сделать это с набитым ртом тут же провалилась, но сырный с креветками суп был настолько вкусен и ароматен, что я не смогла оторваться от миски.

Незнакомец только кивнул. Взял табуретку, сел рядом и, положив мою ногу к себе на колени, стал осторожно вынимать осколки из раны.

Только после этого я заметила, что пол на кухне истоптан кровавыми отпечатками моих ног.

***

Так и не узнав имя молчаливого спасителя, я до утра просидела укутанная в плед, с перебинтованной ногой и в обнимку с кружкой кофе.

Когда рассвело, я бледной, не выспавшейся тенью, не забыв поблагодарить, выскользнула через заднюю дверь кафе. Запрыгнула в такси, очутившись дома, упала лицом в постель.

Проснулась через три часа, вырванная из объятий Морфея истеричным воплем говорящего будильника: «Двенадцать ноль-ноль, в час дня встреча с работодателем!»

Несмотря на кошмарное самочувствие и порезанную ногу, я подскочила, как ужаленная.

***

Короткое и четкое «НЕТ» повисло в воздухе.

– Ты, – фраза, подкрепленная многозначительным взглядом, прозвучала как синоним слова «чучело», – не будешь проходить практику здесь, – резкие, рубленые слова. – Видишь ли, я предпочитаю, чтобы мои помощницы обладали определенным свойствами…

Я стояла перед генеральным директором компании, бледнея и краснея, неумытая, нечесаная, в мятой, первой попавшейся под руку одежде.

Но причиной моего шока и стыда был вовсе не неподобающий внешний вид, а тот факт, что в огромном, явно дорогом кожаном кресле, сидел мой недавний знакомый. Темноволосый тип, любитель покупать женские сердца. Мужчина со строгим неулыбчивым лицом и стремительно чернеющими от гнева глазами. Вот и сейчас этот самый взгляд был наполнен эмоциями до краев, такими как презрение и предвкушение сладкой мести.

– Я обладаю! – пискнула я.