На краю пылающего Рая

– А жениться ТОЧНО не хочешь? – с подозрением переспросила я, ища подвох.

– Не-а, – мотнул локонами соблазнитель. – Для подтверждения того, что ты моя, достаточно только секса, а жениться не обязательно.

Что же это получается, рогатый дьявол был более честен со мной, жениться вон хотел, а не только изнасиловать? Я подумала и выдала следующий вопрос:

– Для чего я вам всем нужна?

– Ну, как же, ты же наследница двух королевств, Ада и Рая, – беззаботно пояснил синеглазый.

Я выпала в осадок и всю дорогу молчала, пытаясь прийти в себя.

Мозг закоротило окончательно. Конечно, можно было бы взмутиться, а вы не ошиблись ли, мальчики? Но столько энергии было потрачено на вытаскивание меня из моего мира, столько слов, соблазнений, платье, подарки, собака, наконец, явно редкой породы. И я поняла: нет, они не ошиблись, а знают это точно, и ради власти не остановятся ни перед чем. Поэтому я взвыла уже от безысходности.

Инстинкт самосохранения понял, что я вляпалась и спасти меня некому, но мозг этого еще не осознал и пытался защитить меня, отрицая правду.

Однако и так было понятно: шустрые мальчики точно знали, за ЧТО они борются, и приз в этой борьбе – моя невинность (ох, какой стыд в твои-то годы, Иоля!) и моя свобода, честь и совесть.

Возможность попасть обратно в свой мир таяла на глазах.

Просто так не отпустят, поняла я.

Коридоры сменялись одни другими. Впереди выросла деревянная дверь.

Пинком раскрыв ее, мы очутились… Очутились…

Онемение прошло.

– ФУ! Что это такое? – завопила я.

Собака удивленно наклонила голову набок, как бы говоря: «Да что я такое сделала?» – и подавилась щупальцем.

Меня пронесли через комнату, полную отрезанных рук, ног, посреди стола и вовсе лежал вскрытый труп.

– А, это? – махнул рукой херувим. – Так, просто хобби, немного некроманчу в свободное время.

– Что, оживляешь мертвых? Ты? – удивилась я.

– Не оживляю, а умертвляю. А твой рогатый знакомый, кстати, на досуге их оживляет.

Мрак. Я попала в руки к двум ненормальным. Один трупы оживляет, а другой их умертвляет. Язык зачесался спросить, это были одни и те же мертвецы или каждый раз разные? Как бы не стать одним таким трупом.

Очередная дверь с грохотом распахнута сандалией, меня внесли в почти приличную комнату: кровать, стулья, столы, окно с развевающимися шторами, все как обычно. Никакой архаики, очень светло и мило. Если бы не одно «но».