Успеть до зимы. История дриады

– Не волнуйся, Фиа, – кивнул дроу, – Добудем.

– Спасибо, Эолис, – дриада не знала как следует правильно благодарить вольмондца и потому поклонилась ему низко-низко до самой земли, – Твоя помощь неоценима.

– Это меньшее, что я могу для тебя сделать, – тепло улыбнулся наёмнице серокожий.

***

В помещении лазарета уже горела масляная лампа.

На полу лежала дюжина серых соломенных тюфяков, в углу стопка войлочных одеял, за шторкой клозет и необычное приспособление для омовений: при повороте рычага вода из резервуара стекала вниз из множества мелких отверстий, подобно проливному дождю.

Дриада заняла тюфяк, её спутник расположился на соседнем.

– Согрею воду, – предложил полуэльф и направился к печи за чугунным котелком.

Голодный, грязный, мокрый Берт начинал жалобно хныкать, выгибался и вёл себя беспокойно. Фиона со вздохом развернула одеяло и мысленно подытожила – сопрел. Действительно сопрел. Нежная младенческая кожа местами покраснела и покрылась сыпью. Хотя бы сегодня Берта нужно было искупать.

Скоро в лазарет принесли ужин, – подсохшие лепёшки, рагу из овощей, немного вяленого мяса и крынку пряного напитка, – а затем притащили и широкий медный таз. Молодой дроу виновато развёл перед Фионой руками – корыта нигде не нашлось.

Беда ли? Ей подойдёт и таз.

После скромной трапезы Тициан помог натаскать воду, наполнил медную лохань и дриада захлопотала над орущим сыном. Купала, бытовыми чарами чистила одежды, а затем примостилась на лежанке и принялась кормить маленького крикуна.

Фиона поймала себя на мысли, что никогда до этого не делила быт с мужчиной.

Это было странно.

Непривычно.

Воспитанный полуэльф много раз видел, как шпионка кормила сына, но прямо сейчас тактично скрылся за шторкой купальни, решил воспользоваться изобретением вольмондских бунтарей. Послышался шорох одежды, – Тициан педантично сложил одеяния, – скрипнул рычаг, зашумела вода.

Наёмница продолжала кормить ребенка и с интересом смотрела на изящные эльфийские ступни, выглядывавшие из-под плотной брезентовой шторки.

Под эти странные, возможно, неприличные мысли она и уснула. И где-то там в дремоте, на задворках сознания к ней явилась Азурра – дриадская старейшина.