Успеть до зимы. История дриады

– Я не могу отказать тебе, Фиа, – дроу со шрамом улыбнулся, – Спутников, как я вижу, двое?

– Двое, – Фиона чуть раскрыла полы одеяния, показав серокожему младенца, – Это Берт, мой сын.

Увидев малыша, дроу нахмурился, растерялся на мгновение, а затем посмотрел на дриаду со смесью недоумения и восхищения.

– А это светлый эльф из Ливенора, – шпионка сделала шаг назад, пропустив вперёд Тициана, – Он представится сам, если пожелает.

– Тициан, – светлый эльф коротко пожал руку тёмному, – Рад знакомству, Эолис.

– Будь моим гостем, Тициан, – дроу церемониально поклонился, – И ты, Фиа, и твой сын. Вы получите ночлег. Следуйте за мной, я покажу путь в убежище.

Глава 8

Подземный тоннель был широк настолько, что без труда вместил бы конницу шеренги в три. По крайней мере так показалось Тициану едва он вошёл в неприметное укрытие, служащее входом в тайные катакомбы. Впереди быстро и бодро шагал Эолис, за ним Фиона и замыкал строй Тициан с поводьями в руках. Лошадь полуэльф почти тянул за собой, животина упиралась и ни в какую не желала спускаться во мрак подземелья.

Несколько пролётов эльф шёл наощупь, чуть не врезался в деревянные опоры. Тогда Фиона, тихо вдохнув, взяла Тициана под руку и повела дальше, пока за одним из поворотов не замерцал свет подземных кристаллов.

Многогранные переливчатые самоцветы служили освещением и эльф с удивлением оглядел масштабы тоннеля – тут не то, что конница, целая армия прошла бы ладным строем.

Что это за место?

Тайные тропы контрабандистов?

Сама перспектива спуска в подземелье с опасным типом не пойми куда казалась Тициану безумной. А может это специально? Вызволили из борделя, чтобы потом заставить полуэльфа корячиться до полусмерти в шахтах? Светлый эльф уныло взглянул на дриаду – та шагала абсолютно невозмутимо, временами перекидываясь парой фраз с провожатым-дроу.

– Как твои собратья отнесутся к моей компании? – спросила она, – Есть ли у вас союзники среди женщин?

– Есть, но мало, – прошелестел тёмный, – Доверять женщинам опасно.

«Надеюсь, и у меня не будет», – тихо скрежетнул зубами Тициан, – «Тащусь за дриадой, как ослик на верёвочке».

Тихий обречённый вздох полуэльфа, похоже, не укрылся от слуха провожатого.