Сокрытое во сне

Лицо молодого человека снова стало проходить те же фазы, что и при первом разговоре. Придя в себя, он не нашёл ничего другого, как спросить ещё раз, что он может сделать в благодарность. Дзётё пристально всматривался вдаль.

– Вон по дороге сюда идёт человек. Это Санэнори Камигата. Он идёт, чтобы вызвать меня на бой. Иди навстречу. УБЕДИ его не делать этого.

– Дзётё! Я пришел, чтобы вызвать тебя на бой. Ты убил моего брата.

– Я помню. Ты долго шёл. Прошло 10 лет.

– Мы будем драться!

– Да.

Самураи стояли друг против друга на положенном для такого разговора расстоянии в несколько шагов.

– Поешь со мной, отдохни с пути и вечером будет бой.

– Почему не сейчас?

– Ты ведь никуда уже не спешишь – идя сюда, ты завершил все свои дела. А драться всегда приятней в вечерней прохладе, чем в полуденную жару. Сегодня нет смысла спешить умирать.

После коротких колебаний, Санэнори кивнул. Дзётё ответил лёгким наклоном головы в знак благодарности, учтивым жестом указав на дощатый помост в тени дерева.

– Ручей там, – второй жест указал направление.

Когда Санэнори вернулся, на помосте уже стояла нехитрая еда. Ели молча. Выпили зелёного чаю. Все движения самураев были торжественны, их глаза видели всё, их уши слышали каждый звук, тела ощущали даже движение ветки дерева за спиной и полет птицы над головами.

– Бой начнётся, когда солнце коснётся земли, – голос Дзётё был спокоен и обыден. – Что с молодым человеком?

– Он был убедителен.

Но не достаточно.

Дзётё ответил едва заметным наклоном головы.

Солнце медленно совершало свой путь. Пела птица. Ветерок легонько трогал ветки дерева. Касался лиц и рук мужчин. Ярко-красный цветок дикого мака освещали лучи заходящего солнца.

Трава небольшой ровной площадки над склоном доходила до колен.

– Я стал слишком известен, и многие молодые люди проделывают долгий путь, чтобы поговорить со мной и напроситься быть моими учениками. Меня будут вспоминать в поколениях, приводя мою жизнь в пример.

Но лишь я знаю, что она была далека от идеала. Я не думаю, что мою жизнь стоит ставить в пример. Честь и память потомков для самурая – это высшая ценность. Но я вижу, что это мешает постичь нам суть вещей. Поэтому сегодня я не подниму меч, и ты можешь убить меня как покорную овцу. Я обесчещу себя, избавив от себя память потомков, и ненужные слова в будущем не будут тревожить мой дух.

Такого поворота Санэнори не ожидал.