Тени прошлого

–Всего на пятнадцать,– сразу сникла Ласточка.

–Увы. Чертежи не совершены, много мне пришлось додумывать и подстраивать под нашу физиологию. Да и они оказались чертовки сложными при создании, так что в нашем распоряжении только четыре штуки.

Буревестник передала подруге оставшееся снаряжение, и тут же обняла.

–Будь осторожна, прошу тебя.

–Эй, ты чего? Мы всего лишь на разведку, скоро опять встретимся.

–Прости, просто после всего я уже не уверена ни в чём. И так слишком многих потеряла.

Ласточка положила руку на плечо Буревестник.

–Просто знай, что чтобы не случилось, я всегда найду способ встретиться вновь, глупый ты конструктор. Не задерживайся здесь, через час Ворон приказала выдвигаться.

Как только рыжая закрыла за собой дверь, мастерская погрузилась в тишину. Тягучую и очень противную. Безликое лицо Мистера Паука взирало на Буревестник несуществующими глазами, будто осуждая за что-то. И самое страшное было в том, что она совершенно не понимала, как бороться со своими демонами.

Буревестник взяла со стола небольшую механическую пилу и направилась к телу Лебедя. Перед отправкой она должна была сделать ещё кое-что.

В тронном зале все были готовы. Рух о чём-то шептался с Аистом и Голубем. Буревестник перекинула сумку через плечо и уже хотела подойти к ним, чтобы попрощаться, но её позвала к себе Малиновка.

–Вот, держи.

Дженитка протянула девушке три небольших шприца с синеватой жидкостью.

–Китрат? Но мне он зачем?

–В дороге всякое бывает. Просто поверь моему опыту разведчицы.

Конструктор кивнула и спрятала усилитель в один из карманов сумки.

–Как Ворон?

–Паршиво,– Малиновка прикрыла глаза, и Буревестник подумала, что сейчас глава Чёрных птиц вновь начнёт говорить. Но, когда глаз открылись, перед ней была всё таже дженитка.

–Она боится. Очень.

–Но ведь это же просто разведка. Что может произойти?– ответила Буревестник, но это было адресовано скорее себе самой, чем эльфийке.

–Она не покидала Гнездо несколько столетий, и думает, что новый мир её не примет.

–Нам пора поставить точку в деле Равса,– голос Дрозда придал конструктору уверенности. В последнее время, после всех происшествий, после нападения Лебедя, убийца стал замкнутым, нелюдимым. В нём как будто что-то погасло. Буревестник очень хотела вернуть его было задор и весёлый, саркастичный взгляд на вещи.