Наемник Его Величества

– Правило первое – дисциплина! Я не потерплю невыполнения приказа даже в такой малости… Ты!! – Шагнув к здоровенному дядьке с густой черной бородой почти в локоть длиной, он, заложив руки за спину, ласково прошипел: – И почему же ты, морда, задержался с выполнением приказа?

Тот с чуточку поблекшей злой усмешкой в глубоко запавших глазах фамильярно пояснил:

– Да ладно тебе, капрал! Все мы люди. Не лезь в бутылку, глядишь, и все утрясется. – Бородач в поисках поддержки повернулся к остальным.

Кайфат яростно оскалился, вновь вдохнув жизнь в шрамы и заставив глаза засверкать злым восторгом:

– Правило второе – обращаясь к командиру, говорят лэр!!

И тут же нанес солдату мощный удар в живот. Под кулаком что-то гулко ухнуло, а К’ирсан, не останавливаясь, с разворота ударил локтем. Человек упал на землю, подвывая от боли, и скрючился там, живо напомнив раздавленную жабу.

– А чему радуешься ты? – Шипение капрала заставило всех вздрогнуть и оторваться от зрелища поверженного бородача.

– Я… нет… почему… – Глаза похожего на молотобойца парня в растерянности заметались.

Стремительный удар заставил лопнуть пухлые губы и швырнул человека на землю.

– Ты забыл сказать лэр! – тоном гордящейся успехами внука бабки пояснил капрал. Затем он обвел новобранцев взглядом, вызвавшим водопад ледяных капель на разгоряченных лбах.

– Запомните, вы – солдаты! Я сделаю из вас настоящих воинов, и плевать мне на ваши желания. Вы либо сдохнете, либо станете лучшим десятком этого проклятого Темными богами полка! – Взор К’ирсана обжигал не хуже бича надсмотрщика. Он чуточку помолчал и спокойно, без эмоций, добавил: – И еще повторю: я жду от вас полного подчинения. Любой мой приказ должен выполняться без оговорок и немедленно.

Холод, звучащий в его словах, мог с легкостью выстудить даже жаркие глубины Глотки Бездны. И солдаты поверили в это как-то разом, без обсуждений и долгого осмысления. Ярость капрала устрашала, убеждая лучше пустых угроз.

– Капрал! Лэр! Рядовой Терн прибыл для прохождения службы под вашим командованием! – Едкая смесь иронии и добродушной издевки под напускным туманом почтительности звучала в знакомом голосе.