Малк. И когда ты её нашёл

Малк стремительно обернулся и увидел Терри, указывающую на тварь рукой с намотанными на запястье чётками. Одна из бусин на них теперь выглядела заметно более тусклой, чем остальные.

Артефакт! Девушка владела очень и очень дорогим артефактом! Если Малк не ошибался, то наколдованный ею однозвёздный Щит вполне тянул на голубой ранг.

– Сейчас пропадёт! – предупредила девушка, и вслед за её словами Щит между Джоном и демоном сначала пошёл рябью, а затем исчез.

И тут Малк уже не сплоховал. Монстр, явно нацелившийся повторить свой первый плевок, получил прямо в морду заряд картечи из мушкетона.

Вот только телохранителя его инициатива совсем не обрадовала.

– Зачем?! Рано! – скривился Джон, заставив Малка покраснеть.

Лишь только после слов слуги леди Марой он увидел, что его выстрел прошёл впустую и картечь даже не поцарапала шкуру твари. Собственно, он и саму гостью из Пекла рассмотрел только теперь. Вытянутое, покрытое бугристыми зелёными пластинами тело, бесчисленное множество когтистых лапок, шаровидные глаза на телескопических отростках, откровенно крокодилья пасть, пара похожих на клешни конечностей под нижней челюстью и расположенные там же гроздья щупалец с присосками – страшно сказать, но демон больше всего напоминал укрупнённую и изощрённо изуродованную версию той самой гусеницы, что так неудачно сотворил Малк в ходе своих экспериментов с магией Жизни.

И теперь было понятно, по какой причине жандармы искали демонические проявления после её бесславной гибели…

Однако сама тварь к неудачному выстрелу Малка отнеслась иначе.

И пусть видимых повреждений не было, картечь заставила её сначала издать омерзительный вой, а затем поднять верхнюю часть тела на змеиный манер и буквально прыгнуть в сторону Малка – своего «обидчика».

– Не спи!!! Шевелись!!! – заорал Джон, перехватывая гусеницу в воздухе и сшибая её на пол взмахом своего явно непростого топора.

Удар у него получился что надо, и, пусть одним махом убить демона не вышло, на заменяющем башку отростке появилась сочащаяся зелёной слизью рана.

Удивительно, но, получив гораздо более серьёзную травму, чем после выстрела из мушкетона, тварь не издала ни звука. Вместо этого, уже лёжа на полу, извернулась всем телом и вцепилась зубами в ногу телохранителя леди Марой. И, судя по тому, как резко поблекло окутывающее Джона свечение, атака эта таила в себе немало мощи. Мало того, вслед за пастью гусеница пустила в ход и клешни с щупальцами.